Значит, от практики. Хорошо. Попробуем взглянуть на проблему с другой стороны, ведь количество этих самых сторон по умолчанию больше, чем одна. Чтобы хоть как-то совместить магическое восприятие и обычное, мне требуется входить в особый вид транса, сканерно-синестетический. За это время я уже несколько отработал погружение и даже нашел в нем кое-какие положительные стороны, однако все равно он сильно шибает по мозгам, собрать себя в кучу после сеанса довольно затруднительно. Да, пресловутый джатос пробовал, толк от него и в самом деле был. По своему действию это вещество не было похоже на наркотик, эффект совершенно другой, как если бы я заимел отдохнувший на курорте мозг в пяток килограммов. Держать транс становилось гораздо легче, находиться в нем мог дольше в разы, в результате получилось изобрести еще два заклинания, которые я назвал «стекло» и «кадавр». Первое отверждало любой предмет, который я держал в руках. Например, полоска прошлогодней травы начинала резать подобно ножу. Да что травы! Даже полоска сала – прямо-таки мечта днепровита. Обратной стороной становилась огромная хрупкость предмета: кусок хорошо выделанной кожи можно было раскрошить щелчком пальца, словно стекло. Держалось заклятие недолго, сил требовало немало, но это было вторым заклятием, обладавшим какой-то практической ценностью. Я приступил к серии опытов, призванных уточнить границы применимости заклятия.
«Кадавр» превращал меня в труп. Заклятие являлось разновидностью иллюзии, весьма правдоподобной. Я мог потрогать себя и ощутить под пальцами развороченные раны (всякий раз разные, в зависимости от воображения), втянуть носом до боли знакомый запах. Но при попытке, скажем, оторвать струп или откромсать кусочек свисающего мяса «кадавр» немедленно спадал. Вот это было уже по-настоящему ценным приобретением.
Причем два новых заклятия натолкнули меня на довольно простую мысль. Если не получается понять глубинную сущность магии, можно пойти методом аппроксимации. Ведь и у нас не каждый может сам намотать электродвигатель, что нисколько не мешает им пользоваться. В перспективе, конечно, нехорошо: представляющий устройство предмета инженер всегда будет иметь превосходство над пользователем, даже и продвинутым, но для того, чтобы вообще сдвинуться с места, – неплохое решение.
Итак, меняем парадигму. Можно представить себе магию как отдельную, пока что непознаваемую сущность – неважно, Вселенский Вычислитель или Волю Предтеч. Классический «черный ящик». Имеем то, что доступ к нему дается каждому разумному, во всяком случае каждому человеку, однако об удобстве пользователя речи нет. Если говорить языком типа программерским: отдавать элементарные команды процессору можно, а графическую операционную систему или хотя бы текстовую, не включишь – не написали еще. Так что каждый маг пишет для себя программы сам, с нуля, и никто не может отменить действенность этих программ. Но сложность их, мягко говоря, невысока. Частное следствие – негатор магии в таком случае возможен лишь в рамках одной магической системы, то есть прекратить заклятие того же Лирия мог бы только маг, обученный в той же иерархии параметра «М – 4-8-32-128». Второе частное следствие – исходя из аксиоматики Геделя, любая магическая система ограниченна и обладает свойством неполноты. Здесь скрыто то же самое противоречие, что и между высоко– и низкоуровневыми языками программирования, – я ощущаю магические проявления в виде комбинации невероятного количества параметров, тогда как другой маг мог бы обойтись одним-двумя операторами. Что? Эврика! Вот оно: вполне возможно, что местные за века и тысячелетия исследований создали нечто вроде операционной системы, которую в начале обучения устанавливают ученику, и тот может пользоваться всеми прелестями графического интерфейса. Если успевают, конечно, и ученик не сходит с ума без поддержки.