— Откуда вы знаете?
— Разве не понятно? Ваш отец пытался отвадить меня от вас.
Она едва не задохнулась от злости.
— Как он посмел?! Лорд Гриншилд не имеет права указывать, с кем мне встречаться и с кем… — Тут она совладала с охватившими ее чувствами. — Когда… Когда он обращался к вам?
— Да почти сразу после нашего знакомства, — ответил Сэйнт, восхищенный тем, как быстро она взяла себя в руки. Другая на ее месте просто разрыдалась бы. — Кэтрин, вы можете не любить отца, но он, похоже, считает себя в какой-то мере ответственным за вас.
Она надула губки, отчего стала похожа на капризного ребенка.
— Как я сегодня утром сказала его поверенному, я давно вышла из того возраста, когда мне нужен был отец. Впрочем, его заботливость — не более чем уловка. Я думаю, он просто боится, что мое присутствие в Лондоне ставит под удар леди Эйр и ее законных детей. Хотя почему он так решил, я не понимаю. Я никогда не искала встречи с этой женщиной и не собираюсь этого делать.
Еще один цветок был изорван в клочья нервными пальцами.
Лорд Гриншилд и замужняя графиня Эйр? Сэйнт был впечатлен смелостью этого джентльмена.
— Леди Эйр ваша мать?
Кэтрин фыркнула.
— Во всяком случае, так мне было сказано.
— Наверное, в то время это был настоящий скандал, — задумчиво промолвил он.
Лицо Кэтрин окаменело, как будто она отказывалась испытывать какую бы то ни было жалость к родителям и входить в их затруднительное положение.
— Не думаю. Моя ма… Женщина, которая воспитывала меня, как-то рассказала мне, что графиня скрыла от всех свою беременность. С помощью повитухи она избавила свое тело от меня и приказала служанке отнести младенца лорду Гриншилду. Он отдал меня первой же семье, которая согласилась взять ребенка за золото.
Этот рассказ выставлял ее родителей в очень неприглядном свете. И все это явно до сих пор не давало ей покоя, и Сэйнт, очевидно, был одним из немногих людей, которые могли понять ее. Положив ладони на ее руки, он спас очередной цветочек от обезглавливания.
Серые глаза Кэтрин наполнились слезами.
У Сэйнта тут же пересохло во рту.
— Я отнюдь не оправдываю поступка ваших родителей, которые с такой легкостью избавились от невинного ребенка. Однако я очень хорошо знаком с тем кругом людей, с которыми общается ваш отец, и знаю, что они могут быть очень жестокими. Я не защищаю ваших родителей, но они, возможно, полагали, что вам будет лучше в другой семье.
Кэтрин содрогнулась, губы ее задрожали.
— Они ошибались, милорд. И я никогда не прощу их за это.