– То-то он уже после нескольких рюмок упал, – всплеснул руками священник.
– Слушай, батюшка, вот ты мне скажи, как ты умудрился Финкельштейна напоить? Он же вообще не пьет. Никогда. Ну, гхм,
почти никогда… – откликнулся особист, чуть смущенно припомнив их недавние посиделки «всем составом», когда Яша спрашивал, нет ли больше коньяка. Впрочем, батюшка об этом никак знать не мог…
– Да понимаете, мы с ним спорили о проблемах мироздания. Верите ли, но именно об этом и спорили. Он сторонник эволюционного развития мира, а я ему про Шестоднев. Вот даже странно мне стало. Он за революционный способ развития общества, а я за революционный способ развития мира. А он, большевик, против революции мироздания.
– А коньяк-то тут при чем?
– Дык я и предложил испробовать сей революционный напиток. Ну он, конечно, отказался. Только я ему рассказал, что первое чудо, которое сотворил Христос, есть превращение воды в вино в Кане Галилейской. А чудо есть революция против законов мироздания. Впрочем, я и товарищу комбату, помнится, об этом говорил, было дело. Вот такие вот пироги…
– Но он же еврей, – не выдержал Крупенников.
– Несть ни эллина, ни иудея! – наставительно поднял палец отец Евгений.
– Вот же русские люди, – усмехнулся Харченко. – Что ни спор, так либо пьянкой заканчивается, либо дракой. Причем не важно, о чем спорят и к какой нации относятся – лишь бы на русском разговаривали. Вот, помню, мы немца в плен взяли, а он бывшим подданным Российской империи оказался. Я допрос проводил, так пришлось взять литру водки. Ох, мы с ним и нажрались… Он под это дело все и выложил, а за стеночкой тонкой у меня стенографистка сидела. Симпатичненькая, зараза…
– Харченко, прекрати, потом расскажешь. Продолжайте, согражданин Смирнов, – оборвал особиста все еще злой комбат.
– Что продолжать? – не понял отец Евгений. – Все и рассказал, как было…
– Я вас предупреждал о сухом законе? Предупреждал?
– Ну… да, товарищ командир, конечно!
– Выводы?
– Э… Наказать!
– А как?
– Сто поясных поклонов. Двести «Отче наш», триста «Богородица, Дево, радуйся», сто…
– Это вы уж сами решайте, – оборвал его комбат. – А для меня вот что. Сейчас идете туда, где вас разбудили, и поступаете в распоряжение танковой команды. Там вам дадут боевую машину. Так вот, каждую детальку этого танка вы лично… – лично! Я проконтролирую! – вычистите своими руками. Понятно?
– Как благословите, – смиренно согласился батюшка и неожиданно поклонился в пояс.
Крупенников кивнул:
– Благос… Э-э… кругом! Да через левое плечо, через левое! Шагом… арш!