Я убью тебя, менеджер (Зубарев) - страница 94

Что интересно, ни Катьке, ни мне бюллетень сроду не был нужен – при всей несносности нашего начальства, на слово своим работникам оно еще верило. Но обиженное лицо врачиха все равно делала, и это было неприятно – как будто и впрямь оторвали ее вздорные бездельники от необычайно важных дел ради своих дурацких пустяков.

– Нет, Тимоха, к компьютеру я тебя пока не пущу, – отказал я, осторожно спускаясь с лесенки. – Скоро врач придет, а ты тут вместо постели играть будешь? Да и нельзя тебе пока, лежи здесь, – строго подытожил я, оказавшись внизу, и тут как раз в дверь позвонили.

– Ура, врач пришел! – завопил Тимоха, понимая, что после проводов врачихи я не смогу отказать ему в удовольствии поиграть.

Действительно, пришла наша врачиха, и, как всегда, она прямиком из прихожей поперлась к больному ребенку, не сняв ботинки и не помыв рук. Я, осторожно подбирая слова, напомнил ей о гигиене, и она, опять же традиционно вздернув костистый подбородок в ответ на замечание, поплелась в ванную, а оттуда уже явилась к Тимохе, таки все ж не сняв ботинок.

– Ну, где больной? – спросила врачиха, оглядывая пустую детскую.

– Мы здесь, – раздалось сверху, со второго яруса.

– Кто это «мы»? – игриво откликнулась врачиха, пытаясь разглядеть среди плюшевых зверей Тимохину физиономию.

– Мы – это я и вирусы, – послышалось в ответ.

– Какой продвинутый ребенок, – поразилась врачиха и уселась за стол заполнять какие-то бумаги.

– Температуру мерили? – спросила она, продолжая, впрочем, строчить ряды нечитаемых закорючек.

– Да нет, не успел – она с утра уже упала. Жена парацетамол утром давала, вот температура и упала, – торопливо объяснил я, но врачиха уже закончила свою писанину и встала.

– Ну все, до свидания, – сказала она и понеслась в прихожую.

– Позвольте, – только и успел пробормотать я, и врачиха на секунду притормозила у дверей.

– Вам что, бюллетень нужен? – спросила она недовольно.

– Да нет, не нужен. Но вы даже не осмотрели ребенка! – удивился я.

– А чего там осматривать? – удивилась в ответ врачиха. – У всех один диагноз – ОРВИ. Его я и поставила. Через неделю придете в поликлинику, за справкой для школы. До свидания! – И она ушла, не дожидаясь моих дальнейших возражений.

Я закрыл за ней дверь, заглянул к Тимохе, дав ему отмашку на пару часов игры за компьютером, а потом вернулся в спальню к своему ноутбуку.

Там я с полчаса не мог заставить себя работать, размышляя о том, что к сонму непрофессионалов, с которыми несчастным российским обывателям постоянно приходится иметь дело, надо добавить не только генеральных директоров, главных редакторов и все разновидности милиционеров, но еще обязательно и врачей. Причем, подумалось мне, чем больше бюджетных денег в профессии, тем менее профессионален ее представитель – поэтому, кстати, государственные врачи или правоохранители в целом столь беспомощны и бесполезны, хотя, конечно, и встречаются еще удивительные исключения. И нечего кивать на зарплату. Вон, Валерке Васильеву плати гроши, а он все равно будет делать свое дело добросовестно и профессионально – потому что ненавидит гопников и бандюков самой искренней и горячей ненавистью и изводит это гнусное племя там, где увидит, хоть в рабочее время, хоть в байдарочном походе. Сам наблюдал и даже иногда участвовал, так что знаю, о чем говорю. А тому же Петру Шмакову можно и сто тысяч ежемесячно отмусоливать, но ничего, кроме хватания баб за круглые попы, на уме у него нет, и потому он даже элементарных своих обязанностей не выполняет и выполнять не будет ни за какие деньги. Хотя человек он, конечно, хороший. Но хороший человек – это не профессия.