Диана придумала стратегию расследования — простую, но вполне осуществимую. Для начала она заказала завтрак, потом позвонила во французское посольство и попросила соединить ее с атташе по науке. Через минуту в трубке зазвучал властный голос. Она назвала настоящее имя, но представилась журналисткой.
— На какое издание вы работаете? — перебил ее собеседник.
— О… я вольный стрелок.
— Понимаю… Но для кого-то же вы «стреляете»?
— Я работаю на себя.
— Понимаю, — кисло отозвался дипломат.
Диана сменила тон:
— Так вы собираетесь мне помогать или нет?
— Слушаю вас.
— Мне нужна информация о токамаках. Это тороидальные камеры, которые…
— Я прекрасно знаю, что такое токамак.
— Отлично. Тогда вы, возможно, знаете, где найти архивы этих лабораторий? В Москве наверняка есть академия, в которой…
— Курчатовский институт. Все материалы по управляемому синтезу хранятся там.
— Можете дать мне адрес?
— Вы говорите по-русски?
— Нет.
Дипломат рассмеялся:
— Какого рода расследование вы намерены провести?
Диана постаралась сохранить спокойствие и спросила примирительным тоном:
— Порекомендуете мне переводчика?
— Мы поступим иначе: у меня есть один знакомый, Камиль Горохов, он физик, специалист по термоядерному синтезу, много раз бывал в стране и свободно говорит по-французски.
— Думаете, он согласится мне помогать?
— Вы располагаете средствами?
— Не слишком большими.
— Долларами?
— Да.
— Тогда проблем не будет. Я немедленно с ним свяжусь.
Диана продиктовала свой телефон и поблагодарила собеседника. В этот момент принесли завтрак, и она, сидя по-турецки на кровати, съела сухие булочки и выпила крепчайший чай, поданный в стакане с подстаканником. В ее глазах один только этот подстаканник чеканного серебра стоил всех свежих круассанов на свете. Диана чувствовала себя невероятно легкой, умиротворенной, словно ночной полет провел между ней и парижскими событиями непреодолимую границу.
Портье сообщил, что внизу ее ждет Камиль Горохов.
Холл гостиницы «Украина» хранил остатки былого сталинского великолепия. Солнце превращало шторы на высоких окнах в белоснежные сталактиты, мраморный пол переливался радужными цветами. Диана заметила молодого человека в куртке, которая была ему очень велика. Он ходил вдоль стойки и то и дело поглядывал по сторонам.
— Вы Камиль Горохов?
Когда он обернулся, Диана заметила, что у него кошачьи глаза и длинные шелковистые черные волосы. Не отвечая на вопрос, он нервно убрал волосы со лба, и Диана представилась по-французски. Русский слушал, застыв как изваяние. Поза выражала недоверие и вызов. Диана заколебалась: она не была уверена, что заговорила с тем человеком, но тут похожий на кота парень спросил на очень хорошем французском: