— Доктор Козак, моя пизда была такой же мокрой каждый день с тех пор, как я встретила вас.
Пэш редко пользовалась такими выражениями. Но когда она это делала, ее слова доводили меня до безумия.
— Мне нравится, когда ты сквернословишь. Сделай это еще раз, милая, я хочу это слышать.
— Мой Ваня, что именно ты хочешь услышать? Ты хочешь, чтобы я рассказала, что я буду делать с твоим членом или, быть может, с твоими яйцами?
— Нет, я хочу, чтобы ты говорила о своей киске. Расскажи мне, какая она мокрая.
Мой член набух и задрожал.
— Я хочу, чтобы ты позировала для меня, как в моих журналах.
Пристегнув чулки к поясу, она встала на колени и широко развела ноги.
— Видишь, моя киска горячая, мокрая и скользкая, все это из-за тебя, Хочешь попробовать меня на вкус, доктор Козак?
Она провела средним пальцем руки между ног и стала мастурбировать на моих глазах. Затем она села мне на грудь и вложила тот же самый палец мне в рот.
— Вот так, высоси мой сок. Покажи мне, как ты жаждешь мою киску.
Я набросился на ее палец, желая, чтобы на его месте оказался ее клитор. Проведя пальцем по моей нижней губе, она произнесла:
— Пока достаточно. Пора приниматься за дело.
— Пэш, сядь мне на лицо, позволь мне облизать тебя.
Я невольно потянул за галстуки, стараясь ухватиться за нее. Она соскользнула с моей груди и взяла в руку повязку на глаза.
— Мой Ваня, время пришло.
Она завязала мне глаза, я теперь не мог видеть то, что она собиралась со мной проделать.
— Цветок Страсти…
— Помолчи, не паникуй. Просто расслабься и получай удовольствие.
Что-то коснулось моей груди. Я вспомнил, что у нее была метелка из перьев.
— Помнишь, ты говорил мне про это пару недель назад, когда купил мне повязку на глаза?
Я подумал о том, что я делал с ней той ночью, и застонал.
— Пэш, мужчины это совсем иначе воспринимают.
— Чепуха! Если ты будешь делать все то, о чем ты мне говорил, тебе откроется множество новых ощущений.
Она принялась ласкать мои соски метелкой из перьев, затем провела ею по моей груди и животу, остановившись у самого члена. Я напрягся, ожидая прикосновения перьев в любую минуту, но этого не произошло. Она встала с кровати.
— Что ты делаешь? Ты же не оставишь меня в таком состоянии, правда?
Мои пальцы нащупали узел галстука, я был готов вырваться на свободу в любую секунду.
— Боже, только не это!
Конец галстука выскользнул из моих пальцев.
— Ну, ну, мой Ваня, не нужно жульничать. Пожалуй, я уберу этот узел от греха подальше.
Именно это она и сделала в следующую же минуту. Теперь у меня не оставалось никакого шанса на побег, разве что я мог умолять о пощаде.