— Пошли.
Они поднялись и вышли из камышей, оказавшись на неровной дороге, идущей вдоль канала. Аякс выпрямился во весь рост и пошел к часовым у коновязи. Те продолжали разговаривать и заметили его лишь в самый последний момент. Один из них резко повернулся и опустил копье, увидев два силуэта, появившиеся из темноты.
— Стой! Кто идет?
— Свои! — ответил Кант.
— Пароль!
— Развей тоску, — ответил Кант, шагая вперед и незаметно обхватывая рукоятку меча.
— Проходи! — ответил римлянин.
Аякс шел рядом с Кантом по дороге. Они уже приблизились к римлянам, и если покрой туники Канта был безусловно военным, то Аякс не был похож на римского легионера. Но они продолжали идти. В последний момент один из часовых прищурился и поглядел на него.
— А ты кто?
Аякс не замедлил шага, идя к римлянину, и в последний момент прыгнул вперед, сделав выпад мечом. Лезвие вонзилось часовому в грудь, и он согнулся, застонав. Второй на мгновение замер, ошеломленный, потом опустил копье, но Кант отбил его в сторону и вонзил меч часовому в горло. Тот рухнул на колени, истекая кровью, и упал на бок. Аякс быстро добил своего противника и развернулся к последнему часовому. Тот что-то услышал и стоял наготове на другой стороне лагеря, сжимая копье обеими руками. Но прежде чем он успел окликнуть их, из темноты выпрыгнула тень, и Карим, крякнув, повалил легионера на землю. Аякс глядел на происходящее, готовый броситься на помощь Кариму, но парфянин встал и поднял меч.
— Все готовы, — с облегчением сказал Кант.
Он повернулся в сторону канала и тихо свистнул. Из камышей тут же появились два десятка фигур и двинулись к ним. Когда его люди собрались вокруг, Аякс показал им на спящих римлян, улегшихся в стороне от финиковых пальм, чтобы им на голову не свалилась змея или скорпион.
— Убейте их по-тихому, — приказал Аякс. — Вперед.
Его воины расползлись между спящими римлянами и, стоя на коленях, начали зажимать им рты и резать глотки. То там, то тут жертва начинала судорожно биться перед смертью; один даже успел издать булькающий вскрик, прежде чем ему зажали рот. Когда со всеми римлянами покончили, Аякс повел воинов к коновязи. Седла были аккуратно сложены рядом, так что оседлать коней оказалось делом быстрым. Прошло совсем немного времени, а Аякс и его воины уже сидели на лошадях — все, кроме Канта.
— Ты уверен, что хочешь остаться? — спросил Аякс.
— Да, стратег.
— Если они узнают, что ты шпион, а рано или поздно это случится, то пощады от них не жди.
— Я буду осторожен. Кроме того, мне очень понравился этот обман. Я никогда еще не играл таких ролей.