Мисс Невезучесть (Иванова) - страница 20

— Поздно. Раньше надо было думать! — прошипел Миша, отрывая мою руку от своей и толкая меня в проход. — Иди давай, пошевеливайся!

На негнущихся ногах я засеменила к сцене, чувствуя направленные на меня взгляды. Если бы я знала, какая это пытка, ни за что не согласилась бы!

Я очнулась только тогда, когда уже стояла на сцене и щурилась на ослепительный свет софитов. К моему правому уху был прикреплен микрофон, к левому — наушник от мобильника, в руках я сжимала розовую розу Тимы Милана и вязаную сумочку Танюсика с моим мобильником. Ведущий только что представил меня, и теперь все ждали ответной речи.

А я стояла и молчала. Из моей головы полностью вылетели те несколько предложений, которые мы с Танюсиком так долго зубрили. Может, потому, что речь сочинял Смыш? Я всегда плохо запоминаю то, что написано чужой рукой. Вот и сейчас был как раз такой случай, и я ругала себя последними словами за то, что поддалась уговорам Танюсика и согласилась на участие в этой затее Смыша. Так что мой звездный час грозил обернуться позорным часом.

— Мы рады приветствовать нашу юную победительницу, Александру Алешину! — в который раз повторил ведущий, и в его голосе ясно слышалась угроза.

«А интересно, что будет, если я вообще ничего не скажу? — подумала я, широко улыбаясь в телекамеры. — Лишат меня приза или нет?»

Скорее всего, нет, потому что вот она, заветная папочка, в руках у ведущего — сиреневая с розовыми блестками, и не станет же он ее отдавать кому-нибудь другому! Или станет?

Звонок мобильника прозвучал как никогда вовремя.

— Ой, извините! Одну минуточку! — сказала я залу и, переведя дух, нажала на кнопку.

Это был Смыш.

— Молчи и просто повторяй за мной, — грозно прошипел в ухо его голос. — Поняла?

— Поняла, — кивнула я, мимолетно заметив, что «молчи» и «повторяй» несовместимы. Хе-хе! Неужели Смыш прокололся? Надо будет не забыть утереть этому умнику нос!

А потом началось.

— Здравствуйте, уважаемые дамы и господа! — передавала я слова из наушника в левом ухе микрофону в правом. — Без преувеличения могу сказать, что сегодня — самый радостный день в моей жизни!

Вот с дикцией у Смыша оказалось все в порядке. И с памятью. Неудивительно, что с первого класса он на праздниках всегда самые длинные стихотворения читал. И подсказывать умел лучше всех. Хоть чему-то полезному нас в школе учат! Меня это так здорово выручало сейчас, не знаю, что я и делала бы при другом раскладе…

Верный суфлер благополучно подвел меня к концу речи, и все было бы хорошо, если бы уже на финише, на последних словах — «я надеюсь еще не раз встретиться с вами в такой же теплой, дружеской обстановке!» — не произошел сбой связи. В растерянности я дернула за наушник, он запутался, я дернула сильнее и — ах! — бусы, любимые Танюсиковы бусы порвались, и драгоценные бусины с громким стуком покатились по сцене…