В моей долгой, изобилующей приключениями, жизни бывало всякое. Но вот такого еще не случалось. Я – Коршунов Константин Михайлович, 46 лет, когда-то подполковник спецназа ФСБ рост 202 см, вес 117 кг, перешедший после ранения с оперативной работы, очень скажем так, специфичной, на штабную, и последние лет десять служащий в звании полковника – начальника отдела планирования очень специфичных операций, по устранению мешающих нашему государству зарубежных индивидуумов, возможно, пал жертвой розыгрыша, если не сказать хуже.
– Но, какая же, скажем так, самка собаки, жестоко надо мной подшутила? Может, пока был без сознания, меня принесли сюда и оставили?
Я поглядел по сторонам. На мягком зеленом мху ясно были видны волчьи следы и большая вмятина, оставшаяся на месте, где я лежал. Никаких других свидетельств, пребывания кого-либо еще, не наблюдалось.
– Может меня опустили с вертолета?- промелькнула мысль. Я начал осматривать ближайшие деревья, надеясь увидеть следы от фала, но ничего не мог найти.
Однако дальше искать следы моего появления здесь, было недосуг, все это надо будет выяснять позже, сейчас надо думать о выживании, ведь без одежды, еды долго в лесу не протяну, надо в темпе искать людей, если они здесь, конечно есть, и для этого есть верный путь, идти к воде. Пока разглядывал окружающую меня природу, солнце еще немного поднялось и уже проглядывало сквозь деревья и, избрав своей целью южное направление, тем более, казалось, что в той стороне земля немного идет под уклон, я потихоньку отправился в путь. Минут через десять, мне повезло набрести на высокий выворотень. Огромную ель уронило ветром, и с ее торчащих корней осыпалась масса грунта и камней, выбрав по виду самый слоистый камешек, положил на большую плоскую каменюгу и расколол его более тяжелым, вокруг разлетелось несколько острых осколков, я выбрал самый удобный, и крепко зажал в руке. Хотя это была пародия на оружие, острые края камня резали руку, но все же почувствовал себя на йоту увереннее.
Я шел уже около часа, постепенно мха становилось все больше, появились оконца темной воды, и вскоре под ногами захлюпало, а впереди в лесу появился просвет. Но мне радоваться не пришлось – это было всего лишь топкое болото. Когда начал его обходить, собирая уже краснеющие ягоды брусники, наконец, нашел то, к чему стремился, небольшой ручеек выбивался из-подо мха, журча по камням, устремлялся в неведомые дали. Встав на колени, я приник губами к темной воде, пахнущей торфом, и сделал несколько глотков. Потом с удовольствием сполоснул лицо, исцарапанное ветками, и хотя на время избавился от паутины, собравшейся на нем и голове. Исколотые в кровь ноги щипало и саднило, но надо было идти вперед. Лес стал понемногу светлеть, в нем начали появляться березы. На них с пересвистыванием, нисколько не боясь меня, перелетали рябчики, я же, на ходу, с унылой безнадегой наблюдал за ними. Внезапная идея, пришедшая в голову, заставила остановиться. Подойдя к высокой стройной березе, я с силой подрезал камнем кору и с его помощью начал винтом снимать узкую полосу бересты шириной сантиметра три.