– Значит, именно этого ты хочешь? Чтобы у Зоуи появилась мать?
– После всего, что между нами произошло, ты не смеешь задавать подобный вопрос. Я люблю тебя, и ты это знаешь. Но несмотря на то, что твое тело ответило на мою страсть, мне кажется, что твоя душа умерла вместе с потерей мужа и сына. Я живу надеждой, что однажды ты полюбишь меня так же сильно, как я люблю тебя. Что касается Зоуи, она обожает тебя.
– Да, но…
– Для нас это станет вторым шансом обрести счастье, – прервал ее Алекс. – Мы можем жить, где ты пожелаешь. Если предпочитаешь остаться в Нью-Йорке и продолжить карьеру в институте, мы купим дом там. Наш дом станет нашей крепостью.
– Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь.
– Я говорю о вещах, которые обсуждают обычные пары, готовящиеся к свадьбе. Я хочу, чтобы ты была счастлива.
– Но твое место – здесь, на Хелленике.
– Послушай меня, Дотти. Я навсегда останусь принцем Алексиусом, но мне не обязательно жить именно здесь. Я могу заниматься своей работой в любой точке земного шара.
– Не смеши меня: твоя семья и твои друзья останутся здесь.
– Да, и мы будем их навещать.
– Мы говорим о твоей жизни!
– Моя жизнь – в моей маленькой семье. Ты даже не представляешь, как мне хочется заботиться о тебе. Я люблю тебя. Ты – важнее всего для меня.
– Думаешь, королева это переживет? – В ее голосе звучал искренний испуг.
– Она не в силах нам помешать.
– Ты говоришь серьезно?
– Разумеется.
Дотти не отрывала взгляда от пламени свечи.
– Мне кажется, я попала в сказку. Что, если бы я не прилетела на Хелленику? – воскликнула она. – Что бы ты делал со своей свободой?
– Странный вопрос. Ты существуешь, и ты сумела завоевать расположение Гектора, иначе он никогда не показал бы мне завещание отца. – Алекс был уверен, что жизнь без Дотти станет для него настоящей мукой, но, видимо, он ошибся, считая, что у них есть общее будущее. – Так ты принимаешь мое предложение?
Дотти продолжала молчать, и с каждой секундой надежды Алекса глубже погружались в темную бездну отчаяния. Он встал из-за стола:
– Если ты хочешь уйти, я провожу тебя к лимузину, и Гектор отвезет тебя во дворец.
Пожелав Гектору спокойной ночи, Дотти поспешила в свою комнату. Боль разрывала ее сердце на тысячи кусочков, она не представляла себе, как переживет эту ночь. Предложение руки и сердца, сделанное Алексом, перевернуло всю ее жизнь.
Он сказал, что влюбился в нее, но ей казалось, что в нем говорит желание обладать ею. Алекс хотел ее, и Дотти боялась, что теперь, когда она перестала быть для него запретным плодом, он быстро остынет. Если они поженятся, и она надоест ему, ее сердце этого не вынесет.