К счастью, вскоре Сьюзен начала работать и быстро добилась больших успехов, чем очень гордилась. Увы, скоро Роули потребует, чтобы после их свадьбы она бросила работу и оставила всякие мечты о карьере.
С этими безрадостными мыслями Сьюзен подъехала к своему дому, въехала в гараж, хлопнула дверцей и взбежала наверх, в прихожую. Дом она обставила и украсила сама, выбрала персиковый цвет обоев и устлала полы мягкими серыми коврами. Не заходя в гостиную, Сьюзен прошла в маленькую комнатку, служившую кабинетом. Характер работы позволял ей довольно свободно планировать день, а порой и вовсе работать дома. Напарница по аренде дома это знала, и потому никому не разрешала входить в кабинет Сьюзен.
Сьюзен села за рабочий стол и задумалась, глядя в окно. Что-то в жизни складывалось не совсем ладно. Уже через три месяца после смерти отца Ларри начал вести себя очень странно. Для начала он попытался настоять, чтобы его сводная сестра непременно закончила школу. Ведь так хотел отец. Сьюзен расценила это как первое предательство братца. Оно повергло ее почти в шок и причинило почти такую же душевную боль, как и смерть-отца. Сьюзен, правда, напомнила брату его же слова, что ей надо самой найти дорогу в этой жизни, а не слепо следовать заветам Алекса. Но Ларри сделал мрачную мину и ответил, что обстоятельства изменились.
Примерно тогда же Сьюзен узнала о существовании Милдред, дочери отцовского партнера по бизнесу. Она была значительно старше Сьюзен. Эта девица сразу же ей не понравилась. Очень шумная и говорливая, с пышным бюстом и широкими бедрами, с вечно фальшивым оживлением на лице. Сьюзен всегда хотелось смыть с этого лица часть явно лишней косметики.
Постоянные визиты Милдред под предлогом помощи по дому раздражали Сьюзен. Та не обращала на это никакого внимания. Ларри говорил, что Милдред следит за питанием семьи и чистотой в доме. Как-то раз, не выдержав, Сьюзен сказала брату, что сама бы сумела все это делать. Ларри сделал вид, что не услышал.
Шейла, выйдя замуж за отца Сьюзен, не захотела брать в дом экономку. Ей казалась достаточной помощь приходящей прислуги. Ларри же настаивал на присутствии Милдред и с каждым днем становился все мрачнее, чего Сьюзен никак не могла понять. Причина для этого была, и вполне серьезная. Милдред очень скоро открыла Сьюзен глаза на саму себя, доверительно передав нездоровые разговоры в Нью-Беверли, ближайшем поселке, о ней и Ларри. Почти все там были уверены в близких отношениях Сьюзен со своим сводным братом.
— Вы ведь с ним чужие по крови, — сказала Милдред с омерзительной улыбкой. — Ты что думаешь, я не вижу, какими глазами ты на него смотришь? Бедный Ларри! Воображаю, каково ему иметь дело со столь пылкой страстью! Право же, ваш отец поступил очень недальновидно, возложив на него ответственность за тебя. Кстати, а что будет, если Ларри женится? Ты не попытаешься отравить его жену?