— Интересно, побывал ли Ксавье у родителей, — заявила я однажды.
Я быстро научилась подбрасывать Еве случайные мысли, поскольку это нервировало мою наставницу.
Она задавала мне вопросы — а я их даже не слушала. Я ненавидела ее идеальный облик и доброжелательность. Было противно смотреть на ее волосы цвета карамели, «отглаженные» черты лица, с которого на меня взирали равнодушные глаза. Наверняка «Ева» являлось ее псевдонимом для нашего «контакта». По человеческим меркам ей уже исполнилось лет сорок. Настоящий эталон нордической красоты или классная руководительница в закрытой школе!
— Нет смысла обсуждать прошлое, — решительно объявила Ева.
Я мрачно уставилась на нее. Следовало отдать Еве должное: у нее всегда имелся ответ. Мне казалось, что я могла задавать ей один и тот же вопрос двадцать раз подряд, и она сразу отчеканит логичную взвешенную фразу. Но я ей не доверяла. А она, в свою очередь, вознамерилась унять хаос, бушевавший внутри меня.
— Твои воспоминания — это жернова, перемалывающие тебя. Ты должна от них избавиться.
— Заткнитесь! — рявкнула я.
Ева поджала губы и наклонилась к своему неизменному блокноту.
— Похоже, в Аду было бы лучше, — пробормотала я себе под нос.
— Что-что? — спросила Ева.
— В Аду, по крайней мере, было чем заняться, — язвительно произнесла я.
— Ты плохо понимаешь, о чем говоришь.
— Какая же вы зануда, — парировала я.
— Вифания, единство с коллективной космической энергией грандиознее всего, что ты способна осознать, — заявила Ева.
— Ну и пусть, — пробормотала я, — не желаю быть частью вашего танцевального партера. «Властелина колец» смотрели? «Я выбираю жизнь смертных».[47]
— При чем здесь твой выбор? — сощурилась Ева. — Иногда надо полагаться на других, которые знают, что для тебя лучше.
— А почему у меня до сих пор есть тело? — выпалила я. — И у вас тоже? Я не таким помню Царство Небесное.
— Мы делаем скидку, — заметила Ева. — Стараемся облегчить тебе процесс адаптации в Царстве Небесном.
— Очень деликатно, — фыркнула я. — Вы замужем?
Ева нахмурилась. Ей было неприятно то, что я настолько непоследовательна.
— Конечно нет.
— Я найду способ сбежать, — призналась я. — Даже если мне придется взорвать себя криптонитом.[48]
— Вот как? — озадаченно проговорила Ева.
— Да, — дерзко ответила я. — Или устрою тут переполох — и вы сильно пожалеете, что приволокли меня сюда.
— Да… пока мы только в начале пути.
«Нам», «мы». Ева произносила эти местоимения по-королевски. Она словно общалась со мной свысока.
— Пока? — повторила я.
— В конце концов, ты осознаешь, что мирские радости — ничто в сравнении с вечными богатствами Царства Небесного.