Точка возгорания (Голден) - страница 16

Ситуация слишком шаткая. Рейнору надо выяснить, где находится Керриган. Затем команде необходимо транспортировать артефакт на Чар, чтобы он сработал. А вдруг ничего не получится и артефакт окажется фикцией? Валериан никогда не забывал слова старой поэмы: «Лучшие планы мышей и людей часто идут вкривь и вкось» [Цитата из стихотворения поэта Р. Бернса «К полевой мыши, разоренной моим плугом» — прим. переводчика]. К счастью, удача пока сопутствовала ему. Если считать подтверждением тот факт, что зерги стали неуправляемы и безумны.

Но Валериану оставалось лишь строить догадки. Возможно, Рейнор вытащит Керриган из переделки… и согласится отдать ее Престолонаследнику…

Вот тогда он отпразднует победу. В предвкушении долгожданного момента Валериан собрал группу врачей и ученых. Принимая во внимание, что это был лишь временный состав, он был превосходным. Они пребывали почти в таком же возбуждении, как и он сам. Им просто не терпелось осмотреть Королеву Клинков. Скорей бы ее доставили на корабль! Рейнор дураком не был. Бывший разбойник должен понимать, что команда Валериана более профессиональна, чем медики, собравшиеся на борту «Гипериона». Валериан намеревался разыграть эту карту в конце, чтобы тревога за любимую женщину взяла верх. Рейнор сам захочет, чтобы Сару лечили наилучшим образом.

Задумчиво посмотрев на янтарную жидкость, он пригубил напиток. Вино приятно согревало. По краю бокала сбегала капля алкоголя — он поймал ее языком.

Скоро у него будет власть. Валериан докажет отцу, что он — настоящий мужчина. Более сильный и милосердный. Но сейчас его интересовала информация, которая хранилась в сознании Керриган. Он надеялся, что она не утеряла ценные данные. Хотя имеется вероятность, что Сара напрочь забыла о своем чудовищном прошлом на Чаре. А ведь она была прекрасной и ужасной Королевой Клинков, владычицей зергов. Вдруг обратная трансформация вообще разрушила ее разум?

Тогда придется сожалеть о случившемся. И этот результат огорчит его сильнее, чем потеря власти или богатства. Валериан ценил знания, особенно древние. Они приводили его в восторг. А Керриган, безусловно, прикоснулась к ним.

Звуки возвышенной музыки, исходящие от антикварного проигрывателя с виниловым диском, нарастали крещендо. Затем они плавно стихли. Послышался тихий царапающий звук. Валериан протянул руку с ухоженными ногтями, поднял звукосниматель и переставил иглу в начало пластинки. Заиграли старинные инструменты, запел женский голос, обладательница которого умерла много столетий назад.

Безусловно, знанием можно воспользоваться для личной выгоды. Но мудрость прекрасна и драгоценна сама по себе. Она подобна искусству, например той же опере, которой сейчас наслаждался Валериан.