Делегация Папы, как и его письма, были посвящены вопросам богословия, отвечать на которые Дмитрий не стал. Прекратив ненужный поток слов и выражений, сказал, что ему всё равно, во что верит их паства. Церковь на землях Дмитрия должна платить налоги, как все. Ей запрещается преследование инакомыслящих и иноверцев. Епископы и кардиналы, уличённые в этих деяниях, будут пороты кнутом и изгнаны с земель, а их имущество перейдёт в казну государства. Доходы церкви должны быть прозрачными и должна вестись бухгалтерская документация. Сокрытие доходов будет наказываться.
- Это всё! Обсуждению это не подлежит.
- А почему вы не вводите таких ограничений для православных стран?
- У меня нет ни одной вотчины в таких странах. Две православные церкви в Ревеле и Юрьеве исправно платят налоги и согласились со всеми требованиями. Строительства новых церквей не ведётся.
- Может ли папа прислать новых епископов в Ливонию?
- Нет. Ко мне никто не обращался с просьбой открыть приходы. Единственный костёл в Риге доходов почти не приносит, больше живёт концертами. Немецкое население выехало, а местные больше верят своим богам, чем вашим. Без государственной поддержки ваша церковь убыточна. Я убыточные предприятия не поддерживаю. У меня всё, можете идти.
Кардиналы, не привыкшие к такому разговору, долго кланялись и вышли, а Дмитрий расхохотался. Олора, сидевшая рядом с ним всё это время, сказала:
- Мне нравится быть королевой и наблюдать за глупым выражением их лиц. - что ещё больше рассмешило Диму.
Дальнейшая жизнь в том году была довольно спокойной, не считая визита короля Максимилиана, больше ничего существенного не происходило. Гирей, правда, нарушил договор о дружбе с Московским княжеством и немного потрепал южные границы Ивана. Да как-то датский король попытался выслать флот к берегам Виндавы. Две недели крейсировал в непосредственной близости от неё, но напасть не решился. Затем появился 'Ленинград', и датчане дружно умотали на Готланд. Основные дела были дома: во-первых, были большие сложности с комплектацией нового эсминца, который вывели из дока на достройку на плаву, и там он встал из-за оптических приборов. Мощнейшая аберрация из-за некачественных линз давала огромные ошибки в определении дистанции. У поселенцев, кроме фторида бария, не было никаких других химикатов, чтобы нанести покрытие, а он растворим в воде! Подобрать покрытие, защищающее пленку фторида, не удавалось. До этого все дальномеры делали при помощи запасных линз заводского исполнения, но они кончились. Стекольщики грешили на песок, оптики грешили на полировку, химики на всё и вся, но наложить слои не получалось. Промучившись полгода, наконец, закрепили слой фторидом магния, который уже не смывался морской водой. Блики и вторичные отражения исчезли, но, дальнейшая эксплуатация выявила быстрый износ такого просветления. Поэтому через три года, после того как освоили химическое многослойное нанесение слоёв, дальномеры заработали почти как заводские. Но, это было гораздо позже.