Хижняк еще не знал тогда, что побудило Хантера вернуться. Но, убедившись, что не деньги, рассудил: куда-то из Одинцово ему все-таки податься надо. Место должно быть надежным, как и человек, готовый его организовать. И еще этот человек должен иметь достаточно денег, чтобы получить возможность для маневра, – все-таки горячо, даже для такого аса, как Хантер. За этой мыслью пришла другая, о Посреднике – так его называют. Он, без сомнения, никак не связан с людьми Сапунова, зато каким-то боком имеет весьма условное отношение к застреленному сегодня Буруну – всего-то подтянул киллера, ничего личного. Это вполне может означать: тот, кого в оперативной разработке обозначили как Посредника, после сегодняшних событий ожидает звонка от Хантера.
Откуда киллер, непонятно для чего усложнивший себе жизнь возвращением в Одинцово, мог позвонить? Со своего телефона? Вряд ли – отобрали, тут к бабке не ходи. Воспользоваться трубкой, принадлежащей кому-то из мертвецов, а после стереть номер, заметая следы? Тоже вариант. Он только не учел, что кто-то додумается отследить звонки через операторов.
И тем более, вырвавшись из плена и кайфуя от мощной порции адреналина, Антон Хантер не принял во внимание, что стационарный телефон оставляет такой же след.
Именно звонок, сделанный с него на мобилку в 16.28, после определения владельца трубки вывел на Посредника.
Брали его уже без участия Хижняка, при работе с задержанным он тоже не присутствовал. Но москвичи управились на удивление споро, расколов его ближе к полуночи. Даже позаботились о том, чтобы само задержание прошло тихо, а информация о нем никуда не просочилась. И чтобы Виктор, с чьей помощью сообщник киллера был установлен, тоже узнал результат. Тот, кого Хижняк и дальше будет знать как Посредника, среди прочего признался: десять дней назад получил для Хантера сообщение. Он должен был передать его при личной встрече, а заодно и конверт, о содержимом которого понятия не имел. Подозревал только, что там фотография лежит. Как действовать дальше, тот наверняка знал.
Всего два слова: «Варшава. Мария».
И еще: от 17.00 до 18.00.
– Если хочешь, пусть это будет особой приметой нашего киллера.
– Вроде шрама на лице, шестого пальца или третьей ноздри?
– Типа того. – Неверов, уже привыкший к манере общения Хижняка, никак не отреагировал на это замечание. – Проще тебе так мыслить – пускай себе.
– Тогда почему я узнаю об этом только сейчас?
– Потому, Хижняк, что вчера эта информация была тебе не нужна. Да и теперь о манере господина Хантера возвращаться туда, где ему уже нечего делать, надо вспомнить только в свете последних событий.