Определяя размеры этого существа по сравнению с диаметром огромных деревьев, мимо которых оно двигалось — немногих лесных гигантов, уцелевших от обвала, — я убедился, что оно далеко превосходит величиною любой линейный корабль. Я говорю «линейный корабль», потому что форма чудовища напоминала корабль: корпус семидесятичетырехпушечного судна может дать довольно ясное представление об его очертаниях. Пасть животного помещалась на конце хобота футов в шестьдесят или семьдесят длиною и приблизительно такой же толщины, как туловище обыкновенного слона. У основания хобота находилась густая масса щетинистых, косматых волос, больше, чем могла бы доставить дюжина буйволовых шкур, а из нее вдавались, изгибаясь вниз и вбок, два блестящие клыка, подобие кабаньим, только несравненно больших размеров. По обеим сторонам хобота помещались два гигантские прямые рога, футов в тридцать или сорок длиною, по-видимому, хрустальные, в форме призмы; они ослепительно сияли в лучах заходящего солнца. Туловище имело форму клина, обращенного вершиной к земле. Оно было снабжено двумя парами крыльев, — каждое имело в длину около ста ярдов, — помещавшимися одна над другой. Крылья были густо усажены металлическими пластинками; каждая пластинка имела футов десять-двенадцать в диаметре. Я заметил, что верхние и нижние крылья соединены крепкими цепями. Но главную особенность этого страшного существа составляло изображение мертвой головы, занимавшей почти всю поверхность груди; она резко выделялась на темной поверхности своим ярким белым цветом, точно нарисованная. Пока я с чувством ужаса и недоумения смотрел на это ужасное животное, в особенности на зловещую фигуру на его груди, оно внезапно разинуло пасть и испустило такой громкий и страшный стон, что нервы мои не выдержали, и, когда чудовище исчезло у подошвы холма в лесу, я без чувств повалился на пол…
Когда я очнулся, первым моим побуждением было рассказать моему другу о том, что я видел и слышал. Но какое-то непонятное чувство отвращения удержало меня.
Наконец однажды вечером, три или четыре дня после происшествия, мы сидели вместе в той самой комнате, откуда я увидел чудовище. Я сидел у окна на стул, а друг мой лежал подле меня на диване. Совпадение времени и места побудило меня рассказать ему о странном явлении. Выслушав меня до конца, он сначала расхохотался, а затем принял очень серьезный вид, как будто нисколько не сомневался в моем помешательстве.
В эту минуту я снова увидел чудовище и с криком ужаса указал на него моему другу. Он посмотрел, но уверял, что ничего не видит, хотя я подробно описывал ему положение животного, пока оно спускалось с холма.