покажется заботливой мамашей. Если ты считаешь, что так ведут себя не мужчины, а тряпки, тогда мы Тряпки с большой буквы.
Следующие несколько минут тишину в салоне нарушало лишь тяжелое дыхание Рубена.
Аннабель смотрела на него широко открытыми глазами; на лице отражались самые разные чувства, пока наконец не возобладало одно.
— Я идиотка, Рубен. Простите меня.
— Ладно, все, проехали.
Покраснев, он уставился в пол и стукнул по сиденью кулачищем.
Аннабель хотела еще что-то сказать, но вмешался Калеб:
— Может, начнем действовать?
Аннабель потянулась к ним с заднего сиденья и взяла каждого за руку.
— Я кое-что поняла.
— Что именно? — спросил Калеб.
— Мне следует держать свой глупый язык за зубами. Развыступалась, будто я здесь главная, а я даже не полноправный член «Верблюжьего клуба». Еще надо это заслужить.
— Чем ты сейчас и занимаешься, — улыбнулся Рубен.
Она сжала их руки и улыбнулась в ответ.
— Какой теперь город по списку? — спросил Рубен. Калеб заглянул в листок.
— Дивайн.
Сжимая в руке пистолет, Стоун припал к земле. Ему не улыбалось решать эту задачу в одиночку, но к Тайри обратиться нельзя — не исключено, что он тоже замешан.
Машины уже выстраивались в очередь. Метадоновая бригада. Те же ржавые пикапы и угрюмые шахтеры, только приехали они сюда совсем не ради уколов. Из старого коровника на задах усадьбы Аби Райкер мужчины выносили большие коробки, грузили их в пикапы, накрывали брезентом и отъезжали.
Стоун мысленно высек себя за то, что не догадался раньше. В самую первую ночь, когда увидел в городе колонну машин, направляющихся в метадоновую клинику, Дэнни сказал, что они так рано поднимаются, чтобы успеть на шахту к началу смены в семь утра. Однако на поездку в клинику и обратно нужно всего два часа. Стоун несколько раз сам ездил в больницу. И обратил внимание, что мужчины подкатывают к клинике лишь около пяти.
В суде он видел грузовую декларацию на партию юридических документов. В реестре значилось восемьдесят коробок, но там, в приемной, находилось только шестьдесят. Десять в ряд, шесть рядов в высоту. Плюс несоответствие по времени между выездом шахтеров из города и их прибытием в клинику. По крайней мере три лишних часа, недостающие коробки и еще одна деталь.
Травяной покров перед коровником стерся и почернел от грязных покрышек пикапов, приезжающих за грузом. Совсем как дорога, идущая от заколоченной шахты с гремучими змеями, откуда он едва выбрался. Черный грунт, черная трава… следовало заметить раньше.
Тогда главный вопрос — что в коробках?
Связав все концы, Стоун пришел к выводу, что ответ ему известен.