Но Лоуэлл увидел что-то другое. Что-то имеющее значение для него. Рейчел догнала его и взяла за руку.
— Что такое? — спросила она тихо.
Но потом увидела сама.
Виселицы.
Дэвид говорил, что видел их в прошлый раз. Но по пути их никто не заметил, включая и самого Дэвида. Миссис Турман хотелось верить, что так получилось потому, что их загораживали восстановленные строения, хотя такое объяснение и выглядело шатким.
И все же теперь они их увидели.
Перекладин было три, и на двух из них висели тела.
— Оставайтесь здесь, — велел Лоуэлл.
— Нет, — ответил Дэвид.
Рейчел решила, что он сейчас добавит: «Ты мне не отец», но парень вместо этого повторил слова Турмана-старшего:
— Надо держаться вместе.
Никто не стал спорить. Каким бы ужасным ни было представшее их глазам зрелище, как бы ей ни хотелось оградить от этого детей, Рейчел понимала, что дни невинности давно миновали. Они все оказались в это втянуты, и не исключено, что им придется насмотреться еще чего-нибудь похуже, прежде чем все останется позади.
Прежде чем они умрут.
И снова ей не удалось отогнать эту мысль, чтобы хоть немного приукрасить их положение. Все шестеро медленно продвигались вперед, словно ступали по минному полю. Райан сначала шел вслед за отцом, немного впереди матери, но затем подался назад и чуть замедлил шаг, пока не поравнялся с ней. Рейчел ощутила в руке его мягкую ладонь и крепко, ободряюще сжала ее. Кёртис и Оуэн тоже выглядели обеспокоенными, напуганными и робкими. Они тоже старались держаться к ней поближе. Будь у миссис Турман три руки, она бы каждого из них притянула к себе.
Им нельзя находиться здесь, думала Рейчел, нельзя видеть этого.
Страшно, зато готов.
— О господи! — воскликнул Кёртис, когда они подошли к телам достаточно близко, чтобы разглядеть их. — Эта девушка регистрировала нас, когда мы заселялись!
Это и вправду была она. Ее бейдж по-прежнему висел на рваных, окровавленных остатках блузы. Тэмми — Нью-Хейвен, Коннектикут, шесть лет — болталась на толстой веревке. Ее глаза, белые на багровом лице, выкатились из орбит, а рот был разинут неестественно широко. По нижним зубам ползла муха, которая потом выбралась на щеку и заползла в ухо. Под изодранной юбкой лениво гудели три осы.
Рядом с девушкой висел официант, которого на глазах у Рейчел тащили по коридору, пока она пряталась за колонной-тотемом. Это его, визжащего и упирающегося, менеджер затолкал к себе в кабинет. За запертыми дверями бедняге пришлось натерпеться еще больше. Одна его рука висела под неестественным углом, лицо заплыло до такой степени, что глаз не было видно, а рот зарылся в щеки.