Я мгновенно смутилась. Опустила голову, чувствуя, как горячая предательская краска стыда заливает не только мое лицо, но и шею, грудь и даже руки.
— Простите, — прошептала я, мысленно пообещав себе больше не вступать ни в какие беседы с этим невыносимым и опасным типом. Буду помалкивать в тряпочку, как настойчиво советовал Морган.
— Не беспокойтесь, никто ничего не увидит, — после этого любезно просветил меня Шерион, удовлетворившись моим кратким извинением. — Любой проходящий мимо будет уверен, что дверь стоит на своем законном месте. Иллюзии — великая вещь!
— Иллюзии, — эхом повторил за ним Морган и о чем-то глубоко задумался.
— Да, иллюзии, — с нажимом проговорил Шерион, глядя на него в упор. — Это даже магией назвать тяжело. Так, балаганный фокус. И только поэтому я могу ими пользоваться в замке. Хотя, не скрою, это дается мне с определенным трудом. Впрочем, кому я рассказываю?.. Уверен, что ты и сам можешь многое рассказать мне о тонкостях этой области искусства невидимого.
Морган неожиданно покраснел и принялся с преувеличенным вниманием изучать носки своих безукоризненно начищенных сапог.
— И хватит на этом пустых разговоров, — проговорил Шерион. Вскинул голову и нехорошо прищурился, повелительно рявкнув: — Ну, верзила? Долго еще ждать, когда ты вытащишь Авериуса?
— А может быть, это сделает кто-нибудь другой? — жалобно раздалось рядом. — Пожалуйста. Видите ли… Я… Я… Я боюсь покойников. В прошлый раз, пока этого Авериуса под кровать заталкивал, чуть в обморок не бухнулся. Кровь так и леденела от страха. А сейчас я себе лучше руку отрублю, чем опять к нему прикоснусь!
Шерион от неожиданности даже онемел. Пару раз открыл и закрыл рот, затем изумленно хмыкнул.
— Ну надо же, — пробормотал он. — Посланник Атириса, а ведет себя, как изнеженная девица. В обморок-то не бухнешься, когда я ритуал начну?
— Не знаю, — честно ответил Фрей. Потом вспомнил, должно быть, брачные традиции драконов с их дикими ритуалами и осторожно осведомился: — А вы никого кинжалом кромсать не будете? А то это… Вы хоть и патриарх, и старше меня намного, но я подобного не стерплю!
— О небо! — воскликнул в этот момент Морган, не дав разговору свернуть совсем в другую сторону. — Да хватить болтать-то! Только зря время теряем!
После чего нагнулся и сам полез под кровать, вполголоса пробурчав что-то очень и очень неодобрительное в адрес нерадивых служанок, которые вытирают пыль лишь на открытых местах.
Через несколько минут сопения, кряхтения и еще более изощренных ругательств тело бедняги Авериуса все-таки было уложено на покрывало.