БУТУСОВ: Надо еще подлить.
ЛОЕВСКИЙ: Он сейчас вверх пойдет, потом будет оседать.
ЕГОР (поет):
Милый, мне очень грустно было…
Нет, не так.
Милый, мне очень грустно было…
ЛОЕВСКИЙ: Ну и что?
ЕГОР: Я даже дверь открыла…
ЛОЕВСКИЙ: Ну и как?
ЕГОР: И целый вечер дома я была…
ЛОЕВСКИЙ: Егор! Твое здоровье! Нет, а ты пой.
ЕГОР: Она пишет музыку. Она на клавишах играет. Слава вот пальцы ставит. Вилы, там три аккорда! Ты ей, помнишь, текст писал: «Ни ступеньки, ни уступа, навсегда-а?» Да, старик, какой кайф! «Ты войдешь в меня, словно вода!»
ГОЛОС ЕГОРА: Я вообще счастлив, что женщина, с которой я познакомился, научила меня видеть как-то мир иначе, по-своему. Теперь я знаю, что если человек мне нужен, то возникает вещь, которая для меня совершенно непонятна — когда мне, допустим, приходится делать что-то помимо своей воли, что-то, может быть, иногда неудобное для себя ради этого человека. Удивительная вещь. Это невыгодно, неумно, непонятно. И, тем не менее, мне нравится, нравится, когда, допустим, человек рад тому, что я для него сделал.
ЕГОР: Она читает китайскую и японскую поэзию, все эти танка там, всякие халявы, которые я тоже, в общем-то, понимаю, все эти вещи, Мати Куисай, Кинг Кримсон «Стоя у окна». Я чувствую прелесть этой заснеженной беседки, понимаешь? Но не все. А она читает все. И понимает. Я вижу, что она это понимает, и мне стыдно, что я такой вообще странный козел и ничего не смекаю. А она — смекает! Вот как, откуда это взялось? Ну хорошо, есть одна отмазка: архитектурный институт. Я считаю, что это великая вещь, эта аура, которая там существовала…
…Бог? Ну, только ты ей этого не говори, если мы ей скажем, что там от Бога…
НАСТЯ (поет):
Чтобы подняться ближе к тебе,
Чтобы попасть в поле твоего зрения,
Чтобы стать хоть чем-то в тебе
И не пропустить твоего важного,
Я исполняю танец на цыпочках,
Который танцуют все девочки.
Я исполняю танец бесхитростный,
Который танцуют все девочки
Моего роста.
Август 1988
Электричка
ГОЛОС ЕГОРА: Если раньше я доказывал другим, то теперь я доказываю себе. Я хочу сам себе доказать, что я не осел, что я тоже есмь. И есмь не просто как организм, а как личность. Вот что гонит: боязнь того, что на самом деле я не состоялся. Она будет гнать человека. Человек хочет состояться, он хочет, чтобы о нем знали…
Окно
ГОЛОС НАСТИ:
Милый мой Том Сойер,
Солнечная тайна.
Магия тропинок
И закатов чайных.
И с каждой смертью ты моложе,
Мой страх, мой крик.
И с каждой болью веселее
Твой смех из книг…