— Ну в этом я с тобой согласна, — задумчиво потерев кончик носа, произнесла Алайя. — И все же я тебе не понимаю.
— И не надо. Главное, что мы теперь можем не откладывать все это в долгий ящик.
— Хорошо. Тогда слушай предварительный инструктаж. Ты должен будешь строго классифицировать все образцы, ни в коем случае не смешивая их. Повторяю, возможно искомый образец произрастает только в одном конкретном месте, и нам нужно будет точно знать, где именно.
— А может отправишься вместе с нами? Ну чтобы я ничего не напутал.
— Я? Нет, это исключено. И потом, хотел треть, отрабатывай.
— Ясно. Кстати, искин.
— Что‑то случилось?
— Мне должны были прислать смету на переделку корабля.
Гаджет нашелся на кухне. Теперь‑то он понял, что оставил его тут, благодаря ненавязчивым манипуляциям Алайи. Страшная женщина, и невероятно целеустремленная, а главное весьма осмотрительная.
Ага. А вот и сообщение. Так и есть, пришла смета. Та — ак. Все же недаром Типпан столько лет потратил на обретение репутации. Все предложения были дельными и направленными на максимальную оптимизацию предстоящей модернизации баржи. А еще, сумма оказалась на пятьсот тысяч меньше предполагаемой.
Конечно та была предварительной, вот только Сергею еще ни разу не доводилось сталкиваться с тем, чтобы она оказывалась меньше сметной. А еще, ему не доводилось читать такую фразу как — сумма окончательная и в случае отсутствия дополнительных пожеланий клиента, коррекции не подлежит.
Ну что же, остается только завизировать и отправить владельцу верфи. Пусть приступает к работе. Корабль в док перегонят уже работники верфи. Вместе со сметой, Сергей отправил и коды доступа на корабль. Ну что же, десять дней и можно будет отправляться на Фиджу. Устанавливать дополнительное оборудование и вооружение. Это съест еще пару суток. Но зато потом, прямая дорога на Землю. Хм и похоже, это предприятие так же не обойдется без приключений.
— Сергей, ты где пропал?
— Нужно было завизировать смету на реконструкцию корабля.
— Завизировал?
— Да.
— Тогда иди сюда, — промурлыкала Алайя.
Обнаженная, сладострастно потягивающаяся пристроив свои руки на косяке дверного проема, и при этом выглядящая ну очень притягательно, она не могла оставить его равнодушным. Казалось бы… Да ку — уда — а та — ам. Только жадно сглотнул, резко дернув кадыком, и тут же скользнул к своей обольстительнице. Правда тело еще попыталось призвать его к благоразумию, отозвавшись болью во всех частях, но предохранители погорели и разум просто отключился.