— Да, я не отрицаю этого, — ответил тот, — мало того, смею тебе сказать, что Лео я сам лично захватил тогда!
В этот момент к Солиману подошел Осман и, отозвав его немного в сторону, шепнул:
— Ты выдал себя, Солиман!
— Не прерывай меня! — досадливо и вместе с тем презрительно оборвал его старик, а затем продолжал, обращаясь к Симбе.
— Да, я захватил его, и потому-то он мне особенно дорог и я не могу и не хочу продать его ни за какие сокровища в мире!
Симба молчал некоторое время, а старик между тем, казалось, все более и более успокаивался.
— Но что же мы здесь стоим и говорим друг с другом, точно враги! — вдруг спохватился Солиман. — Войди в мой дом, покурим, выпьем кофе и побеседуем!
Симба последовал его приглашению, а Инкази, не понимавший ни слова по-арабски, отошел в сторону и прислонился к одному из столбов веранды.
— Солиман, — начал снова Симба, — знаешь ты пещеру злых духов в стране Динка?
— Слышал я о ней много, даже видел и вход в нее! — ответил тот.
— Но ты, конечно, не решился войти в нее?
— Иншаллах! — воскликнул араб. — Конечно!
— А я в ней был! — медленно произнес Симба.
— Ты? — спросил Солиман с деланным удивлением.
— Разве ты не слыхал в Бахр-эль-Газале о Белой Бороде-Нежном Сердце?
— Он там живет в сердцах и памяти всех! — сказал араб, на лице которого виднелось напряжение.
— Он сидит здесь, — перед тобой! — сказал спокойно и просто Симба. — И я мог бы многое рассказать тебе о той пещере и той стране. Ты, верно, знаешь, если был в Бахр-эль-Газале, что Белая Борода-Нежное Сердце никогда не лжет: так слушай же, что я скажу. Ты только что с насмешкой сказал, что не уступишь мне Лео, даже если бы я предложил тебе за него все сокровища Удшидши. Здесь, конечно, я не могу предложить их тебе, но в Бахр-эль-Газале я мог бы дать тебе более того, потому что там я знаю места, где скрыты громадные сокровища.
При этих словах глаза Солимана разгорелись от алчности; Осман также придвинулся к говорящим. Известно, что все жители востока — большие охотники до сказок и различных сказочных таинственных рассказов со всякой небывальщиной и страхами. Симба сразу заметил это, но молчал.
— Слышал и я об этом, — сказал немного погодя Солиман, — но скажи, почему ты не вырыл эти сокровища, если знаешь, где они зарыты?
— Потому что тому, кто нашел этот клад, мужественному другу моему, Гассану, он стоил жизни! — глухо промолвил Симба.
— Да, это также правда, — об этом говорят все в Бахр-эль-Газале! — воскликнул Солиман, удивление которого возрастало с каждой минутой.
— Так расскажи же нам об этом, Симба! — прибавил он.