– Мы в этом не уверены, – ответил Мюнстер. – Мы просто проверяем всех пропавших… Он того же возраста и примерно того же роста, но, конечно, это лишь рутинный опрос. Точных данных, что это он, у нас нет.
«Черт возьми, что это я так вежливо распинаюсь тут перед этой коровой? – подумал Мюнстер. – Надо было ее сразу прижать как следует».
– Ну… – Она прикурила сигарету.
– Есть одна деталь.
– Деталь?
– Да, по которой его можно опознать… Понимаете, мы нашли тело без головы, поэтому трудно понять, кто это.
– Вот как?
За ее спиной в глубине прихожей показался мужчина. Хмуро кивнул Мюнстеру и положил руку женщине на плечо.
– И что это за деталь? – спросил он.
– Как вам сказать, – отозвался Мюнстер. – У жертвы отсутствует одна семенная железа, возможно, это результат давней операции. Не знаете ли вы?..
Мужчина вдруг закашлялся, и Мюнстер запнулся. Когда приступ прошел, стало понятно, что тот просто с трудом сдерживает смех. Он улыбался. И женщина тоже.
– Что ж, господин начальник, – мужчина постучал себе костяшками пальцев по лбу, – вот моя голова. Если хотите посчитать яйца, проходите. Меня зовут Пьер Кохлер.
«Тысяча чертей, – подумал Мюнстер, – почему я не воспользовался телефоном?»
Когда дома он прочитал детям очередную порцию вечерних сказок, позвонил Роот.
– Как дела? – спросил инспектор.
– Это не он, – ответил Мюнстер. – Кохлер жив и в добром здравии. Они просто забыли об этом сообщить.
– Ну и ну.
– А твой как?
– Похоже, что то же самое. По крайней мере, яиц у него хватает. Да и жен тоже. Видно, он просто сбежал.
– Вот как, – сказал Мюнстер. – Что теперь будем делать?
– У меня появилась мысль, – сказал Роот. – По поводу расчленения. Или на руках и ногах были особые приметы, или все намного проще.
– Проще?
– Отпечатки пальцев, – выдал Роот.
Мюнстер задумался.
– Кто ж избавляется от отпечатков, отрубая ноги?
– Правильно. Но он это сделал, чтобы запутать. Понимаешь, что это значит?
Мюнстер подумал еще две секунды.
– Конечно. У нас есть его отпечатки. Он есть в нашей базе.
– Умный полицейский, – похвалил его Роот. – Да, даю голову на отсечение, что где-то в архивах есть его отпечатки. Кстати, сколько там человек?
– Думаю, с триста тысяч, – ответил Мюнстер.
– Да, просто самая малость. Эх, этим путем нам его все равно не найти, но это уже что-то. Увидимся завтра.
– До завтра, – попрощался Мюнстер и положил трубку.
– Чем вы сейчас занимаетесь? – спросила Сини, когда они выключили свет в спальне и обнялись.
– Да так, – ответил Мюнстер, – ищем одного старикана, который пропал в прошлом году. Ему лет пятьдесят – шестьдесят, и у него одно яичко.