— Д-да, — робко ответила тетка Тая.
Дверь осторожно раскрылась. Алене показалось, что пол костюмерной дернулся под ее ногами. На пороге стоял Вадим Терещенко.
Улыбка, которую можно было бы назвать дежурно-профессиональной, сползала с его лица по мере того, как он постепенно узнавал в этой девушке, с удивленно выпученными глазами, свою давнюю знакомую, Алену Соколову. Наконец напряженная работа зрительной памяти и мышцы лица достигли полной синхронизации, и уголки его губ опустились в горестной ухмылке.
— Господи боже, только не это! — еле слышно буркнул он и дернулся было к выходу, но остановился и растерянно уставился на тетку Таю.
— В-вы из милиции? — вопрос, давшийся ей с большим трудом (она даже побледнела), вовсе не звучал как дурацкий, потому что на Терещенко был обыкновенный штатский костюм, а вовсе не милицейская форма.
— Кем бы вы ни были, заходите, — Лина мгновенно преобразилась, кокетливым движением ручки вытерла глаза, приоткрыла ротик в полуулыбке, чтобы показать, какие у нее красивые резцы, впрочем, не забыв при этом оставить на личике легкий налет грусти, приличествующий случаю. Словом, теперь она выглядела, как дама из общества, у которой только что пропал кошелек, или что-нибудь в этом роде.
Однако Вадим не обратил на нее никакого внимания. Он перевел ошарашенные глаза с тетки Таи на Алену, потом почему-то бросил взгляд на запыленную люстру под потолком, раскрыл рот, закрыл рот и наконец простонал сквозь зубы:
— Ну ты-то что здесь делаешь?!
Тетка Тая и Лина уставились на него, ничего не понимая.
— Можешь не рассчитывать, что я притащилась сюда в надежде увидеть тебя, — прорычала в ответ Алена, потому что отнесла этот вопрос именно к себе. А кому еще из присутствующих Терещенко мог его задать?
— Уж лучше бы это было так, — грустно изрек он, — потому что теперь оправдываются мои самые худшие подозрения…
— И какие же?! — сощурилась она, мучительно желая вцепиться в его смазливую физиономию.
— Ты просто какой-то ангел смерти. Вечно торчишь рядом с трупами.
— На себя посмотри!
— У меня профессия такая.
— Между прочим, у меня тоже есть профессия. Если бы я знала, что Журавлева убьют, ни за что не потащилась бы в театр именно сегодня, чтобы взять у него интервью.
— Аленушка для вас ценный свидетель, — робко заметила тетка Тая, желая поднять вес племянницы в глазах неизвестного, но чересчур сердитого следователя.
— Кто бы сомневался, — невежливо буркнул Терещенко и покосился на Лину Лисицыну. Та, разумеется, тут же растаяла, заиграв плечиками.
— Точно, — не унималась тетка Тая, хотя Алена и показала ей кулак за спиной, — Алена последняя видела Александра живым…