— Что, не понравилось быть первым? — хмыкнула она, и растаяла за колонной. Тот взревев бросился за ней, девушка неслышно и молниеносно пронеслась за колоннами и выскочив с боку, почти без замаха воткнула ему в шею меч, перерубив сонную артерию. Мужик забулькал и упал царапая ногтями пол. — Прав был учитель, — прошептала она, — скорость хорошее средство от таких бугаев.
На мгновение пришла мысль, почему ее не тошнит? Всех героев в книгах выворачивает наизнанку после первого убийства, а ей просто противно, но никакой тошноты. Впрочем эти красавцы которые пришли насиловать девушку пользуясь ее беззащитностью, не имеют права на жизнь. Хотя на счет ее беззащитности они немного ошиблись. Она оглядела себя и поморщилась. Левый рукав почти оторван, болтается на лоскутке, в штанах на колене дыра. Сама она вся в пыли и чужой крови, коса растрепалась и волосы кажется, стоят дыбом. Она оторвала многострадальный рукав чтоб не мешал и крепко перехватив волосы, наспех собрала их в хвост, туго перетянув резинкой. Обрезать бы их надо, мешают. Но… Она вспомнила мать и помотала головой, не о том думает. Раздался короткий вскрик, звук удара, а за ним протяжный стон откуда‑то сверху, и Кира вздрогнув прислушалась. — Вторая часть Марлезонского балета началась, — сердито прошипела она себе под нос, и тихо пошла вперед.
Лестницу наверх она разглядела почти сразу, и стала подниматься. Опять донесся тихий стон, потом всхлип. Явно плакала женщина.
Поднявшись этажом выше, Кира оказалась в большом зале, с большими витражами окон. В окна падал слабый свет луны. Она удивилась тому что уже ночь. По ее ощущениям с того времени когда она попала на полигон прошло около трех часов, может чуть больше. Или это происки полигона? Она бесшумно заскользила дальше, мимо зала в длинный коридор. По обеим сторонам этого коридора были двери. Она легонько толкнула первую попавшуюся, та бесшумно открылась. Девушка осторожно заглянула туда и выдохнула от радости. В свете луны, падающего из большого окна, на стене висело куча всевозможного оружия, тускло поблескивало в серебристом сиянии светила. Но самое главное, она сразу увидела свои клинки, а рядом еще и чехол с ножами. Бесшумно скользнув в эту комнату она сняла со стены свои килоры, накинула на себя ремни, удерживающие ножны за плечами, перетянула талию ремнем с ножами и облегченно выдохнула. Все, теперь ее просто так не достать.
Тихо ступая она вышла из комнаты держа в руках килоры. Опять послышался женский крик и Кира замерла. Что‑то знакомое показалось ей в этом голосе. Она нахмурилась и пошла быстрее. В самом конце коридора из‑под двери пробивалась полоса света. Оттуда же донеслось мужское бормотание и опять женский всхлип. Девушка сильно ударила ногой по двери, та распахнулась, она влетела внутрь.