Меламори и бровью не повела.
— Спасибо, — вежливо поблагодарила она. — Это чрезвычайно великодушное предложение, но было бы несправедливо лишать вас шанса насладиться изысканными нюансами вкуса этого уникального в своём роде напитка.
В такие моменты я испытываю почти непреодолимое желание гордо сообщать всем присутствующим: «Это моя девушка!» И повторять, пока они не позеленеют от зависти, которую сами обычно ошибочно принимают за сострадание. Но правила хорошего тона вынуждают меня держать себя в руках.
Тем более, присутствующие вообще-то и так в курсе.
— Слушайте, — внезапно сказал Нумминорих, — а о Правдивом Пророке вам совсем-совсем неинтересно говорить?
Мы озадаченно переглянулись. Балаган вроде текущего — обязательная часть наших рабочих совещаний. Просто потому что человек так устроен: в несерьёзном настроении соображает лучше, чем в серьёзном. Может быть, не всякий человек, но сотрудники Тайного Сыска — определённо. И всякий раз, когда прискорбные обстоятельства не давали нам как следует развеселиться, мы искали правильное решение гораздо дольше. И далеко не всегда находили его с первой же попытки, хотя очень старались — такой вот парадокс.
Нумминорих, по идее, давным-давно должен был к этому привыкнуть.
— Просто меня распирает от любопытства, — признался он. — Кто этот человек, который знает обо мне такие удивительные вещи? Можно ли ему доверять? И, самое главное, почему он сказал мне именно эту правду, а не какую-нибудь другую? Правду о любом человеке можно говорить годами, но Правдивый Пророк справляется за минуту. Значит, говорит только то, что считает самым важным? Интересно, он сам выбирает, кому что сказать? Или у него в голове звучит одна фраза, и пророк её повторяет, не задумываясь? Хотел бы я всё это знать!
— Да, я тоже хотел бы знать, почему он сказал тебе именно то, что сказал, — кивнул Джуффин. — Всё остальное как раз более-менее понятно.
И снова умолк. Говорю же, паузы в разговоре — его любимый пыточный инструмент.
Ну зато все сразу примолкли. И приготовились слушать. Даже Кофа прекратил разглядывать свой бокал так сосредоточенно, словно под его тяжёлым взглядом вино могло устыдиться и самостоятельно повысить своё качество.
Впрочем, я бы совершенно не удивился, если именно так и происходит всякий раз, когда сэру Кофе Йоху попадается небезупречный напиток.
— Магистр Хонна к нам пожаловал, — наконец сказал Джуффин. Будничным таким тоном, каким обычно сообщают о возвращении из отпуска шеф-повара соседнего трактира.
— Кто?! — не веря своим ушам, переспросил я.