Веки Грейси задрожали, слезы покатились по щекам. Рокко взял ее за руку:
– Я не могу помешать тебе уйти, если ты пожелаешь. Но я не хочу, чтобы ты уходила. Я хочу, чтобы ты оставалась так долго, как тебе захочется.
– Так долго, как мне захочется? – спросила тихо Грейси. Все ее тело горело словно в огне.
Рокко кивнул:
– Между нами что-то происходит, Грейси. Что-то очень мощное.
Грейси высвободила руку. То, о чем он говорил, было просто желанием. Физическим влечением. И он хочет, чтобы она оставалась рядом до тех пор, пока оно не иссякнет. Но она не успела ничего сказать, потому что Рокко слегка поморщился и посмотрел на часы:
– Сейчас мне нужно на совещание. Я не могу перенести его. Пожалуйста, подумай о том, что я сказал. Поговорим, когда я вернусь, хорошо?
От удивления Грейси онемела. Он сказал «пожалуйста»? Она кивнула и увидела, как облегчение расслабило черты лица Рокко. Больше он ничего не сказал. Просто встал и вышел.
Грейси знала, что ей следует делать. Ей надо уйти, убраться прочь. Рокко хочет мимолетных отношений. Он ничего не сказал о любви. Грейси не могла смириться с этим, ведь она была в него влюблена. Он не смог бы ее ранить так сильно, если бы она его не любила.
А она была для него просто временным развлечением.
Двигаясь подобно сомнамбуле, Грейси собрала свои нехитрые пожитки и написала две короткие записки: одну – Рокко, другую – Стивену. Она даже не могла позволить себе повидать брата, боясь, что он убедит ее остаться. У входа в квартиру дежурил незнакомый телохранитель, и Грейси обрадовалась этому, так как увидеть сейчас Джорджа было выше ее сил.
Две недели спустя
Грейси с трудом пыталась пробраться через плотную толпу. Для этого ей пришлось держать поднос с пустыми бокалами практически над головой. Но она была довольна – с этой работой уже через несколько недель она сможет съехать из хостела и найти где-нибудь недорогое съемное жилье. А как только у нее появится свой угол, она сможет по паре часов в день работать над своей книгой.
Добравшись наконец до кухни, Грейси вздохнула с облегчением. Она вошла и поставила поднос на стойку, но босс тут же вручил ей другой поднос, уставленный бокалами с шампанским, и весело сказал:
– Сегодня много жаждущих выпить!
Подавив усталый вздох, Грейси вновь вышла в зал. Казалось, толпа стала еще плотнее, превратившись в огромное колышущееся море мужчин и женщин.
Она начала робко пробираться сквозь толпу, говоря направо и налево: «Простите меня, извините…» – но у нее не очень получалось. Неожиданно люди начали шептаться и вытягивать шеи. Затем кто-то сказал: