.
В России же рацион крестьянина и рабочего состоял в основном из мучнистых продуктов и картофеля. По словам А. Энгельгардта, крестьяне земледельцы питаются «исключительно хлебом». «Вдоволь мяса могут есть только люди, на которых работают другие, и потому, только могут, что эти работающие на них питаются растительной пищей. Если вы имеете ежедневно бифштекс за завтраком, бульон и ростбиф за обедом, то это только потому, что есть тысячи людей, которые почти никогда не едят мяса, дети которых на имеют достаточно молока»>{203}. По данным генерала В. Гурко, из призванных в 1871–1901 гг. крестьянских парней 40% впервые в жизни пробовали мясо в армии>{204}. Не случайно средний размер одежды русского крестьянина в начале XX в. едва достигал 44 размера. В городах у рабочих качество питания было не намного лучше: М. Давидович на основе анализа рациона Петербургских рабочих приходил к выводу: «бесполезный излишек углеводов, жировое недоедание и белковое голодание — вот сжатая характеристика питания нашего ткача и с ним и среднего петербургского рабочего…»>{205}
Комплексную и наглядную оценку производительности труда сельского жителя дает сопоставление площади пашни и средней урожайности, отнесенных к численности сельского населения. По этому показателю производительности, Россия, как видно из приводимой таблицы, отставала от своих основных конкурентов в 2–4 раза. При этом под пашню в Европейской России к 1913 г., только под основные хлеба, было распахано более 72% всей культивируемой земли, в то время как в Германии, Франции, США только 40–45%, остальное находилось под лугами и пастбищами>{206}.
Производительность труда сельского жителя в зависимости от приходящейся на него площади зернового клина, пуд. в 1913 г.
>{207} | Урожай хлебов, пуд./с дес. | Посевные земли, дес./сел. жит. | Производительность труда, пуд. /на чел. |
Евр. Россия | 53 | 0,71 | 37,7 |
Швеция | 114 | 0,34 | 38,8 |
Германия | 146 | 0,45 | 65,7 |
Франция | 89 | 1,05 | 93,4 |
США | 84 | 1,30 | 109,3 |
Канада | 126 | 1,50 | 185,0 |
Благодаря высоким темпам роста населения доля культивируемых земель на каждую крестьянскую душу постепенно сокращалась, что соответственно еще больше снижало естественную производительность сельского труда, и приводило к все большему обнищанию крестьянства. С другой стороны исчерпание земельных ресурсов делало дальнейшее развитие сельского хозяйства России экстенсивными методами уже просто невозможным. Это был тупик и с появлением каждого следующего расширенного поколения, петля на шее русской цивилизации стягивалась все туже.
Надежда оставалась только на интенсификацию сельхозпроизводства. И здесь вроде бы существовала позитивная динамика, урожайность в России росла