Приподнятое настроение не покидало ее вплоть до окончания первого же боя. А тогда Лис очень сильно пожалела о том, что не может покинуть свое прекрасное место по собственному желанию. Она ожидала увидеть здесь нечто похожее на учебные сражения, которые наблюдала не раз во дворе родного замка. Однако единоборство, развернувшееся перед нею теперь, походило на учебный бой примерно так же, как драка походит на игру в лапту. Ее поразили ожесточение и безрассудство сражавшихся: первый же побежденный пал с коня под дикий рев зрителей с отсеченной по локоть правой рукой. Второй бой закончился тяжелым ранением одного из противников. Третий — смертью.
Судя по возбужденным крикам окружающей публики, Лис не сомневалась, что все они в восторге от зрелища. Сама же она, увидав воочию все это, наконец вполне осознала, что помогает отчасти решать проблему с большим количеством сыновей-наследников в аристократических семьях. Ей в голову пришла так же мысль о том, что братьев у нее, возможно, могло быть раньше несколько больше. Матери леди Акьютт исполнилось сорок четыре года, и у нее кроме дочери имелось шесть сыновей: четверо старше Акьютт и двое младших. Семь детей за тридцать лет семейной жизни — для здешних мест это было маловато. Положение же с наследованием спасал недавно изданный герцогом закон, по которому владельцами ленных земель и титула следовало считать в равной мере всех представителей старшей ветви семьи, с единственным приоритетом в пользу старейшего мужчины в роду.
Еще несколько законов припомнилось Лис на протяжении следующих четырех часов турнира, в то время как с поля боя продолжали выносить рыцарей с разными степенями ранений. Лис изо всех сил старалась смотреть на происходящее холодным взглядом историка, и к концу первого дня турнира это уже почти начало ей удаваться.
По окончании боев большинство зрители начали расходиться, но многие остались, боясь потерять место и собираясь провести время до следующего утра прямо на трибуне.
Герцог удалился в свой дворец, расположенный в двух кварталах от площади. Лис, оставив свое место в надежде, что оно ей больше не понадобится, покинула площадь и направилась вслед за правящей персоной ко дворцу. Она обратила внимание на то, что трое человек из сидевших неподалеку тоже встали и пошли вслед за ней. Эта троица сопровождала ее до самых дворцовых ворот и, стоя в сторонке, прослушала ее разговор с начальником стражи.
Назвавшись Энортом Таникчем, сыном графа Таникча, Лис заявила, что отец специально послал ее — то есть его — в город во время турнира, чтобы он мог присоединиться к свите герцога Эйморкского. После этого она потребовала, чтобы ее пропустили во дворец.