В гостиной появился Гарри Поттер, которого Хэнкс лично отволакивал в Больничное Крыло. Его тут же осчастливили информацией про Снейпа. Гарри быстро согласился, что Снейп мог. Вуд рвался выяснить, что там с метлой, с переигровкой и составлял новый график тренировок. Я плюнула на этот балаган и отправилась в спальню. Нагрела воды и достала из коробочки пакетик чая. У меня еще осталась шоколадная летучая мышка, можно полакомиться и посидеть в тишине. Эх, как бы еще кофе организовать. Купить растворимый? Наверное, придется, хоть я его и не люблю.
Поговорить с Невиллом удалось на следующий день, когда мы занялись варкой очередного зелья. Он старательно нарезал листья мяты и положил их в котел.
— Гермиона, — тихо сказал он, — как ты думаешь, это действительно профессор Снейп заколдовал метлу Гарри?
— Не думаю, — ответила я, заканчивая толочь змеиные зубы, — зачем это профессору? Глупо так подставляться при всех. В замке столько закоулков, что вполне можно и убить кого-нибудь, и труп спрятать. К тому же профессор слишком явно не любит Поттера. То есть, будет первым, на кого подумают, если с Гарри что-нибудь случится.
— Вы действительно так считаете, мисс Крауч?
Черпак Невилла полетел в котел, а я уронила пестик. Вот… мышь летучий!
— Профессор… — пролепетал Невилл.
Я мрачно посмотрела на Снейпа. Он что, за нами подглядывает? Делать больше нечего, что ли? Хотя вряд ли он оставляет без присмотра двух малолетних зельеваров. Тут наверняка какие-нибудь чары, да и сам может время от времени заглядывать, чтобы удостовериться, что у нас все в порядке. Да, как еще у него на все времени хватает?
— Да, сэр, — сказала я, — я не думаю, что это вы заколдовываете метлы первокурсников. Во-первых, вы должны были давать клятву защищать учеников, когда поступали на работу. А во-вторых, я не понимаю, зачем вам это могло понадобиться.
— Ну, я же сплю и вижу, чтобы снова получить Кубок школы по квиддичу, — сказал Снейп.
Он что, шутит с нами?! Невилл приоткрыл рот от удивления. Я наморщила нос.
— Неубедительно, сэр, — сказала я.
— Значит, придется придумать что-нибудь другое, — ответил Снейп и как всегда эффектно удалился.
И что это было?
— Тебе не кажется, что он странный? — шепотом спросил Невилл.
— Еще как кажется, — ответила я.
Уж не знаю, чего там Снейпа разбирало. В конце концов, мужик имел право на невинные развлечения. Ну что он тут видел? Педсоветы с дорогими коллегами? Ну, может, мог с кем-нибудь выпить или в картишки перекинуться. Часть преподавателей его студентом помнили. И не только его, но и все его терки и разборки с бравыми мародерами. Включая ту самую историю. По возрасту ему тут разве что преподавательница астрономии подходит, да и то постарше будет. Хотя у него, конечно, вполне может быть личная жизнь. Да фиг с его личной жизнью. Просто я не верю, что человеку комфортно в атмосфере всеобщей ненависти. Если до тебя никому нет дела — это одно, а вот ненависть… Хотя он сам много для этого делает, конечно. И может его на Слизерине очень даже любят. А на Гриффиндоре наоборот. Может, все дело в этом? Двое первокурсников не верят в то, что во всем виноват страшный и ужасный Мастер Зелий. Куда катится этот мир? Ну, нарявкал бы на нас, размазал по полу, опустил по полной. Умеет же, как никто другой умеет! А он еще и прикалывается. Хорошо еще не захихикал уходя. Хотя хихиканье в его исполнении… Даже моего буйного воображение не хватит, чтобы ЭТО представить.