— Цвет невезения, годиться только для похорон, — всегда говорила она.
Но Джек купил мне это платье, и одев его и рассматривая себя в зеркало, понимаю, что мне очень нравится черный цвет. Мне кажется он делает меня выше и более экстравагантней. Дотрагиваюсь до уложенной прически и задаюсь вопросом, что принесет мне предстоящая ночь. Сегодня состоится большая вечеринка по случаю нового открытия клуба Идена. Все будут присутствовать на ней, поскольку это грандиозное событие.
Как только я вставляю золотые серьги-кольца в уши, Джек появляется в дверях. Я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на него, и у меня перехватывает дыхание. Я никогда не видела, чтобы его взгляд был таким поглощающим. Он одет в белоснежную рубашку с черным шелковым галстуком, в идеально сшитый на заказ костюм и черные туфли, в петлице закреплена красная гвоздика. Именно это добавляет щегольство к мужской внешности, вызывая доверие, воплощенное в бутоньерке, символе такой хрупкой красоты и жизни, остановившееся на какое-то короткое мгновение. Я ловлю себя на мысли, что скорее всего он будет единственным мужчиной в клубе, у которого присутствует бутоньерка на левой стороне груди. Единственный мужчина, который совершенно точно, будет во многом отличаться от всех, и я люблю его за это.
Он направляется ко мне и встает рядом.
— Мы соответствуем друг другу, — говорю я, рассматривая наши отражения в зеркале.
— Да, но ты намного красивее, — обворожительно говорит он.
Я улыбаюсь, не говоря ни слова, восхищаясь своей красотой, удачей, сильными чувствами.
Он наблюдает, как я запрокидываю голову, плавно вытягиваю шею, и делаю мазок духами за ушами и у основания горла.
В зеркале я вижу, как он разворачивается ко мне, и вытаскивает серьги-кольца.
— Эти сегодня вечером не подходят, — шепчет мне Джек, аккуратно вынимая их из дырочек, доставая из кармана серьги из синих драгоценных камней. Осторожно, он вдевает их в уши. У меня отпадает челюсть от изумления. Они неописуемо великолепна. Я слегка поворачиваюсь и синие нити покачиваются, доставая до шеи.
— Ох, Джек. Они великолепны, — ахаю я.
Но он не заканчивает на этом, из другом кармана он достает горсть синих драгоценных камней, и укладывает их мне на декольте, застегивая вокруг горла. Камни блестят у меня на коже, как синие мерцающие звезды. Их цвет настолько близок к оттенку моих глаз, что я пялюсь на них в полном изумлении. Как он понял, что именно такие камни мне походят? Мои глаза встречаются с его, пораженные, недоумевающие и наполненные чувством благоговения. Он улыбается и разворачивает меня к себе лицом.