— Она умерла в ванной комнате, пока я молол кофе на кухне… Десятью минутами ранее у нее уже случился приступ, и мне как-то в голову не пришло, что он может повториться так быстро… Черт!
Аристотель неотрывно смотрел на шефа.
— Всё? — Карпов резко поднялся с кресла. — Давай сверим твой рассказ с видеозаписью…
Когда обе отснятые — в гостинной и в ванной комнате — кассеты были просмотрены, генерал с апостольским спокойствием произнес:
— В том, что случилось, Ари, твоей вины нет! У нее не только астма… У нее — эпилепсия. И скончалась она потому, что захлебнулась собственными рвотными массами… На пленке это отчетливо видно… Кстати, это могло с ней случиться и часом раньше, во сне, и ты бы поутру нашел рядом с собой остывшее тело… Так что, не изводи себя…
Карпов глянул на часы.
— Тебе немедленно надо побеспокоиться об алиби. Договорись с надежными людьми, которые в случае чего подтвердят, что ты с ними всю ночь играл в преферанс… Во-вторых, сейчас же вызови «скорую». Несчастье произошло в твоё отсутствие — ты только сейчас вошел в дом… Замок на двери у тебя автоматический… Лана вошла, захлопнула дверь, тебя дожидаться не стала, стала принимать душ… Но ты этого не видел… Ты э т о предполагаешь! Ты вошел, отперев дверь своим ключем… Понял? Об остальном побеспокоюсь Я … Твоя, тьфу ты! — н а ш а подруга, судя по всему, состояла на учете в психоневрологическом диспансере по поводу эпилепсии. Надо вовремя подбросить патологоанатомам этот факт… Так, прибери в квартире и вызывай «скорую»!
Перед тем как покинуть квартиру, генерал спросил:
— Кстати, твой мундир капитана первого ранга моль еще не изъела?
— Нет, а что?
— На очереди — знакомство с Владимиром Львовичем… Это — тот «пожилой интеллигент», о котором тебе рассказала Лана… Он меня о-очень интересует… Очень! А ты очень кстати получил рекомендации от неё. Так что — будь готов!
— Всегда готов, товарищ генерал!
Глава четвёртая. Как тяжело быть генералом
«О светлый образ героя-контрразведчика, твердого, как кремень, с железными нервами и неукротимой волей, ты рассыпаешься на части!..»
Бормотал Карпов, втискивая свое грузное тело в салон «трабандта» и поворачивая ключ в замке зажигания. Остывший мотор недовольно заурчал. Отъезжая от дома, генерал увидел «КОНСТАНТИНОВА». Он стоял на фоне освещенного окна с поднятой в прощальном приветствии рукой. Карпов поймал себя на мысли, что никогда еще прежде агент не был ему так дорог и близок. Смерть Ланы — и Карпов ощущал это почти физически — внесла в отношения с его секретным сотрудником новый мотив.