— Ты осознаешь, что мы делаем? — тихо спросил Ник, останавливаясь и внимательно глядя в затуманенные глаза Миланы. Та неопределенно кивнула. Ник нахмурился — такой ответ его явно не устраивал. — Мил, еще не поздно передумать, — злясь на самого себя, произнес Ник.
— Все равно ты со мной уже спал, — недоуменно пробормотала девушка, больше всего на свете желая сейчас, чтобы его губы вновь ласкали ее и, не понимая, чего он к ней пристал со своей болтовней. — Как там… на клумбе у дома, на кухне на столе, в комнате на полу и на диване… и в ванне… и в постели… — процитировала она его дословно, с ужасом осознавая, что хочет все это повторить… и запомнить.
— Я же пошутил… — Ник укусил Милу за шею, — ничего не было…
Минуту Мила ошарашено раздумывала над словами молодого человека, прокладывающего дорожку из крохотных поцелуев от ее уха вниз по шее к плечу.
— Все равно, пусть лучше это будешь ты, чем какой-нибудь придурок, вроде Олега, — пробормотала девушка.
Ник отстранился. Некоторое время он молчал, плотно сжимая губы, потом просто встал с постели и направился в ванну, оставив недоумевающую Милу одну.
— Я не хочу, чтоб ты спала со мной только из-за того, что боишься, что твоя девственность достанется какому-то "придурку", — сказал он раздраженно, после чего громко хлопнул дверью.
— Боже, какие мы нежные… — поморщившись, пробормотала девушка, чувствуя неловкость и неудовлетворение. — И я не это имела ввиду.
Она полежала еще несколько минут, разглядывая разрисованный над шкафом потолок и завидуя неизвестному художнику. Потом все-таки поднялась, отыскала футболку и, натянув на себя, принялась ждать, когда Ник освободит ванну.
Он вышел через несколько минут уже одетым и, кажется, полностью успокоившимся. Бросив Милане большое махровое полотенце, Ник еще раз окинул ее долгим взглядом, в котором девушка ничего не смогла прочитать, и ушел на кухню. Через минуту оттуда донеслось бряканье кастрюль.
В обнимку с полотенцем Мила вошла в ванную комнату, прикрыв за собой дверь. Тут же отыскала взглядом свои босоножки, платье и белье, довольно нелепо смотрящиеся в абсолютно мужской ванне. Белье пришлось стирать и вешать на трубу с горячей водой, чтобы быстрее высохло, обувь тоже казалась мокрой, но что с ней делать Милана не знала. А вот платье оказалось разорвано по шву, причем довольно прилично.
— Что за привычка, портить мою одежду? — пробормотала Мила ворчливо, бросив недовольный взгляд на дверь и показав язык, словно Ник стоял прямо за ней.
Приняв душ, девушка вновь натянула футболку, благо та была велика даже и самому Нику и прикрывала Милану до средины бедра, и направилась на кухню.