"Гадает, не обделил ли он себя? — с неприязнью хмыкнула Ника. — Или жалеет, что у него корабль такой маленький?"
— Железо выломаем, а остальное можно бросить, — предложил Крек Палпин.
— Нет времени возиться, — с сожалением вздохнул капитан. — Пошли на борт.
— Может, хоть лошадей забьём, хозяин? — не отставал настырный матрос. — Ртов то у нас прибавилось.
— Говядину бы сожрать, — буркнул Картен. — Пока не протухла.
Быстро убрали трап. Изо всех сил упираясь вёслами в дно, моряки кое-как оттолкнули от берега изрядно потяжелевшее судно. С трудом развернувшись, корабль направился к устью, подгоняемый течением и редкими ударами вёсел.
— Как там варвар? — крикнул с кормы Картен, когда берега разбежались, открывая зыбкий морской простор с лениво перекатывавшимися волнами.
— Живой ещё, — отозвался сидевший неподалёку на лавке Мулмин. — Но ненадолго.
— Вытаскивайте вёсла! — скомандовал капитан. — Нужно почтить нашего бога. Принесём ему достойную жертву. Пусть сбережёт он нас от Такеры и её злобных слуг.
Ника поёжилась.
— Принесите якорь! — продолжал отдавать распоряжения мореход. — Нельзя, чтобы волны выбросили наш дар на берег.
Матросы подняли чуть живого ганта. Тот, хрипя, закатывал глаза, а длинная борода слиплась от рвоты. Вдруг, словно обретя силы, мужчина выпрямился, рявкнув что-то в лицо невольно отшатнувшемуся Жаку Фресу.
Тритин Версат торопливо привязал к ногам варвара камень. Капитан скороговоркой, на манер рэпера, прочитал какое-то заклинание или молитву, из которой Ника не поняла ни слова. И тело с громким всплеском скрылось под водой. Из трюма донёсся женский крик, а вслед за ним многоголосый вой.
После жертвы прошли похороны. Брег Калсага и Укнана просто бросили в воду после короткой речи купца, в которой тот обещал отдать заработанное матросами их семьям. Покончив с обязательными процедурами, Картен, оценив силу и направление ветра, приказал поднять парус.
Едва грязно-серое полотнище надулось дряблым брюхом, на кормовую палубу поднялся Крек Палпин.
— Хозяин, тут люди интересуются, когда можно будет дикарок помять? От берега мы отошли, жертву принесли. Так что им передать?
— Между ног горит? — насмешливо хмыкнул капитан. — Ладно, ставьте котёл, пусть Марбет мясо варит, и развлекайтесь. Только глядите у меня!
Глаза купца свирепо сверкнули.
— Попортите товар, вычту из доли! В двойном размере!
— Не беспокойся, хозяин, — широко улыбаясь, успокоил его матрос. — В первый раз что ли?
Отвернувшись, Ника стала пристально вглядываться в горизонт. Будь корабль побольше, она бы обязательно спряталась, забилась бы в какую-нибудь щель поглубже. Но на этой скорлупке просто некуда деться, значит, ей волей-неволей придётся видеть и слышать то, о чём она так долго пыталась забыть.