Киев встретил меня радушно. Багаж я получил, оружие тоже. Сделал все, что нужно. Вошел в связь с киевским бюро по записи и отправке добровольцев в Добровольческую армию. Оказалось, к моему удивлению, что немцы не только не препятствовали записи офицеров в Добровольческую армию, но даже помогали едущим туда, предоставляя группам записывающихся специальные поезда – эшелоны для едущих «на Дон». Тогда нам была непонятной такая помощь немцев «добровольцам» армии генерала Алексеева-Деникина, которая не признавала никакого Брест-Литовского мира, оставалась верна своим союзникам, резко всегда это подчеркивая. Оказалось потом, что немцы находились в дружественных отношениях с новой державой – «Всевеликим Войском Донским». Считалось, что едущие туда, на юг – едут на Дон. Кроме того, ехали туда еще и записавшиеся в так называемую Южную армию, организации которой немцы открыто содействовали, помогали. А потом стало нам известно, что и Южная и еще Астраханская армии формировались на немецкие деньги, а целью их создания было отнюдь не стремление помочь зарождению русской национальной вооруженной силы, преемницы Императорской армии, Боже сохрани! Этого-то они больше всего опасались. Желание отвлечь русское офицерство и добровольчество от вступления в Добровольческую армию – вот что руководило немцами при содействии их формированию названных армий.
Узнал я и о том, что для отправки в Ростов формируется эшелон, в который предлагается включить себя всем желающим ехать эшелоном. Таких набралось нас 25 человек. Все почти записались в Добровольческую армию.
На другой день нам действительно было предоставлено два вагона (товарных). Мы спокойно в них погрузились. Выяснили вопрос об отправлении. Сказали, что отправят в этот же день к вечеру. Не ясно было, каким путем поедем, через Полтаву – кратчайший путь, или через Фастов – кружной путь. Всем, конечно, хотелось ехать на Полтаву. Ходили просить об этом железнодорожное начальство, но никакого толка, однако, не добились. Все же надеялись, что повезут нас на Полтаву, ибо путешествие наше через Фастов казалось всем бессмысленным. Стали терпеливо ждать. Настроение было очень хорошее. Все быстро перезнакомились. Я оказался самый старший. Остальные – все была молодежь, не выше штабс-капитана, но молодежь уже бывалая и слишком хорошо обстрелянная. Стали греть чай, пить, закусывать и потом запели песни. О том, что придется долго ждать нашего отправления, никто теперь не беспокоился. Это обстоятельство казалось нам второстепенным: «Несколькими часами позже или раньше, сегодня или завтра, наконец, но в конце концов повезет», – так думали мы все, сидя в вагонах на товарной станции «Киев».