Две недели тому назад Дроботы обнаружил в стоящем на поле возле кладбища сарае шестерых бежавших из плена русских солдат. Те попросили у него табаку. Дроботы обещал им принести сигареты и хлеб. Прибежал на почту в Замрске и бросился к телефону… Через полчаса в Замрск прибыли гестаповцы, окружили сарай. Трое беглецов убиты на месте, а остальных гестаповцы увезли с собой. Этот мерзавец не остановится ни перед никакой пакостью, а живя здесь, все видя и все зная, он куда более опасен, чем сотня немцев. Надо немедленно применять радикальные меры.
— Что вы подразумеваете под «радикальными мерами»?
— Ликвидацию предателя! — жестко сказал Вовес.
— Хорошо. Этот вопрос мы обсудим и как-то решим, — заверил я.
Вовес закурил и некоторое время молчал, вертя в руках зажигалку.
— Так. А теперь скажите: чем я могу вам помочь? — снова заговорил он. — В чем вы нуждаетесь? Что вас интересует?
— Нас интересуют все сведения о противнике. Вы опытный разведчик и сами знаете, что может интересовать советское командование.
— Значит, вас интересуют склады, аэродромы, дислокация и передвижение частей…
— Да, да. Буквально все такие сведения представляют ценность.
— Знаете вы о складе боеприпасов в районе Тыниште над Орлицей? — спросил Вовес.
— По линии подпольной организации, о которой вы такого невысокого мнения, нам известно, что в лесу к северу от железнодорожного узла Тыниште над Орлицей имеется какой-то склад боеприпасов.
— Какой-то склад! — Вовес насмешливо хмыкнул. Это не «какой-то», а крупнейший склад боеприпасов армейского значения.
Он достал из ящика письменного стола папку с картами, отыскал лист с крупной надписью «Рыхнов над Кнежной» над обрезом листа, развернул его на столе. Новая подробная карта масштабом 1:75000. Почти в центре листа, окруженный зеленой краской лесов, притаился черный спрутик с жирной надписью «Тыниште н. Орл». Во все стороны, как щупальца, от спрутика разбегаются ниточки железных и шоссейных дорог. Отточенное острие карандаша Вовеса ткнулось в центр спрутика, поползло вверх по одной из ниточек-щупалец.
— Смотрите: шоссейная дорога от самой станции идет строго на север к лесу, — острие карандаша вернулось к спрутику и снова уверенно поползло вверх к зеленой кромке леса. — В полутора километрах от станции, начиная от развилки дороги, что ведет к селу Кршивице, по обе стороны шоссе прямо в лесу сложены огромные штабеля снарядов, патронов, мин, авиабомб. Штабеля сложены не только возле самой дороги, но и в глубине леса, метров на триста от дороги. Лес усиленно охраняется и, само собой, дороги перекрыты и недоступны для населения. Сведения самые достоверные. — Вовес очеркнул на карте примерные границы складов, аккуратно сложил карту по сгибам и подал ее мне. — Можете взять себе.