— У нас, у нас, сынок, — ласково похлопав Ивашко по коленке, сказал Манин.
— Ну да, у нас, — покраснел Ивашко. — Так вот, с тех пор ничего дурного за ним замечено не было и мы уже забыть забыли о его прошлом, как тут вдруг выяснилось, что он снова пропал. И так непонятно это вышло…. Если б мы еще вовремя хватились, можно было поискать его, а то получилось так: я думал он с батюшкой уехал, а батюшка думал, что со мной….
— Хм, интересно, — сказал Медведев и задумался, — а припомни–ка, Ивашко, кто был с вами на переходе порубежном. А пока припомнишь, ты Онуфрий Карпович скажи мне, когда, в какой момент видел ты этого Севу в последний раз?
Купец задумался, вспоминая.
— Когда я отъезжал, он сидел на нашей повозке, которая уже ехала к рубежу, и пристально смотрел, как бы куда–то вдаль, ну вроде высматривал что–то или кого–то.
— Так, — сказал Медведев, — ну, Ивашко, скажи сперва, когда ты видел его в последний раз, а потом опиши, что вспомнил.
— Когда и батюшка, — сказал Ивашко, — только с другой стороны рубежа. Я уже переехал и ждал ту повозку и вижу, сидит этот Сева и смотрит куда–то, я даже глянул в ту сторону, но ничего интересного не увидел и поехал дальше.
— «Ничего интересного не увидел…»… — сказал юный Медведев, — но он–то, Ерема, наверное, увидел, и, вероятно, о это было что–то настолько интересное, что заставило его, ни слова не говоря, бросить вас, работу, семью и вот так вот исчезнуть на ровном месте! Ведь не убили же его там?
— Я все разузнал, — сказал Ивашко, — первым делом расспросил и стражников, и ну, моих всяких знакомых, которые на рубеже все знают, — не было в те дни никаких смертельных случаев, даже драк никаких.
— Вот, значит как…. А вспомни–ка, Ивашко, что все–таки было там, где ты не увидел ничего интересного.
Ивашко наморщил лоб.
— Ну, был там обоз с рыбой, это я точно помню, потому что запах от нее шел, вез меха один купец, я его знаю, ну и… что еще….какая–то женщина в кибитке проехала, а следом за ней всадник просто одетый, помню лицо у него замотано было…. Ну и все, и вроде больше никого.
— Женщина, говоришь, — оживился Медведев, — богатая, бедная? Кибитка у нее какая?
— Да так, по виду купчиха, ничего особенного. Сдается мне, она вместе с тем рыбным караваном ехала.
— Ясно, — вздохнул Медведев, — ну, что ж, молодцы, что сказали, спасибо вам за это.
— Как батюшка твой учил, — улыбнулся Ивашко, — я‑то у него, ой, какую школу прошел.
— Да видать растерял ты уже всю эту школу, Ивашко, купеческим делом занимаясь, иначе как это быть могло, что человек на твоих глазах пропал, а ты и не заметил.