На этот раз я полезла к Арчи в окно без всяких предосторожностей, хотя и не средь бела дня. Стояла безмятежная морозная ночь, рассвет обещал распуститься только через шесть часов. Пуаро выразил желание остаться под Клёном. Участвовать в затеях Фарида было ниже его шпионского достоинства. А меня подстегивало лишь желание поскорее вручить расписание Ранэлю. Было в агенте катастроф что-то мистическое и притягательное, и я толком не могла понять, что именно. Возможно, его манера держаться. Возможно, мятежность духа и свойственная гениям прихотливость. А может быть, всё вместе взятое.
Пока я увлеченно рылась в секретере и изучала книжный шкаф на предмет списка с мероприятиями, тишина в доме меня ничуть не настораживала. Но стоило отвлечься от поисков и прислушаться, как я ощутила давление вязкой, неестественной тишины. Ничто не двигалось, замерли даже стрелки часов. А надо сказать, в кабинете Арчи часы были на редкость шумные. Каждую секунду они отстукивали, как метроном.
Внезапно освещенная единственной свечой комната закружилась перед глазами в плавном адажио. Утратилось чувство реальности, и, перед тем как исчезнуть, я успела набить на голове весьма болезненную шишку, ударившись о косяк форточки.
— Она в порядке? — сквозь пелену послышалось мне. Проникающий в душу, бархатный женский голос.
— Будем надеяться. Но она вся изъязвлена, — отвечал мужской. — Не представляю, как с таким количеством язв можно спокойно ходить по земле!
— Рифат, просто ты давно не видел других людей… И меня, — с лёгким укором сказала женщина. — О! Кажется, она пришла в себя.
Надо мной с растрепанными волосами стояла бледная Эсфирь, а сама я… Пористый каменный пол, мышиного цвета стены. Куда меня, собственно, занесло?
— Ты во временном коридоре, — предупредила мой вопрос Эсфирь. — Кажется, однажды ты уже виделась с Рифатом.
— Помню. Кружок кройки и шитья, не так ли? — язвительно уточнила я.
Рифат сдержанно поклонился. На этот раз он оделся поприличней. Никаких резиновых перчаток, никакой лабораторной одежды. Тщательно застегнутый черный плащ от подбородка до самого пола. Темные, зачесанные назад длинные волосы. Опасных для жизни приборов (вроде тех, что выпускают шаровые молнии) поблизости не обнаружилось, и я поднялась на ноги.
— Не могу смотреть! Эсфирь, выдай ей плащ из моего гардероба, — страдальчески проговорил Рифат и спешно удалился. Наверное, в свою секретную лабораторию, измышлять новые способы испепеления честных граждан. Ну, или не совсем честных.
Я растерянно уставилась на Эсфирь. Она была одета точно так же, как Рифат. И, надо заметить, черный цвет ей совсем не шёл.