– Увидимся завтра на этом же месте?
– У входа на рынок.
Армин ушел, сопровождаемый мальчишками.
– Капитан, – заговорил Ахмет, когда Армин уже не мог их слышать, – вам следовало отговорить Армина ехать с нами в Трапезунд.
– Почему? Он и так туда едет.
– Из-за эвакуации. Все не так, как вы себе представляете.
– Что ты имеешь в виду?
– Мой двоюродный брат Наим участвовал в переселении из городов Битлис и Диарбекир. Им было велено согнать армян в лагеря, как и вам, но задача состояла в том, чтобы их дальше не перевозить.
– Это бессмысленно! Они должны двигаться дальше!
– Нет, если они умрут по пути. Их гонят без пищи и воды, пока они не падают от голода и жажды. О тех, кто выживет, позаботятся головорезы из шота.
– Из шота?!
– Они заранее обо всем знают, а солдаты отворачиваются, чтобы не видеть происходящее. Вот что делал Мурзабей в кабинете полковника. Существует договоренность. Шота забирают молодых женщин…. – Он пожал плечами. – Остальное вам известно.
– То есть ты хочешь сказать, что я поведу этих людей на смерть?
– Я хочу сказать, господин, что, судя по тому, как все организовано, иначе и быть не может.
Внезапно Джахан ощутил могильный холод. Толпа на улице была слишком плотной, казалось, он вот-вот задохнется. Он вышел из кафе и двинулся по улице, расталкивая людей локтями.
– Капитан!
Джахан не останавливался. Он не знал, куда идет, просто не мог остановиться. Люди расступались, пропуская его. Он споткнулся и упал на табачный лоток, сигареты и спички посыпались на землю. Кто-то возмутился, толпа окружила капитана. Появился продавец сигарет, ругаясь и призывая жандармов.
– На, возьми! – Ахмет сунул в руку продавцу купюру. – За ущерб.
Он взял капитана за руку и повел его вниз по улице.
– Мой отец! Это он организовал!
– Со всем моим уважением, капитан, это дело рук Адбул-хана.
– Ты не понимаешь! Я знаю – это он!
– Вы сами сказали, господин, что Абдул-хан никому не подчиняется.
– Я не могу, Ахмет! Я не могу это сделать!
– У вас нет выбора.
– Я должен как можно скорее добраться до Трапезунда и найти Ануш!
– Забудьте о ней!
– Как я могу забыть о ней, если она должна стать моей женой? Я что, должен погнать ее тропой смерти или подарить ее шота?
Лейтенант отвернулся, посмотрел на аллею, которая вела к мечети. Ее купол мерцал, как полумесяц, возвышаясь над городом. На балконе уже была видна фигура муэдзина, готовящегося призывать к молитве.
– Господин, – наконец сказал Ахмет, – эвакуация будет идти своим чередом, с вами или без вас. Если вы не выполните приказ, Ожан воспользуется этим, и вы знаете, что тогда случится с девушкой. Она не дойдет даже до границы деревни. Вы говорите, что она станет вашей женой, и, возможно, так и будет, но если и есть надежда на ее спасение, причем весьма зыбкая, то лишь при условии, что вы будете руководить эвакуацией.