– Иди сюда, покажу, как надо, – позвал он.
Я опасливо покосилась на арманца. Он чуть улыбался, рассматривая меня, и, кажется, чувствовал себя весьма вольготно. Хотела отказаться, а потом подумала: почему бы и нет? Приблизилась, не спуская с него настороженного взгляда. Одно неуловимое движение, и я снова оказалась прижата спиной к его груди. Я зашипела сквозь зубы и привычно ударила локтем по ребрам.
– Лучше чуть сместиться и бить сюда, – невозмутимо высказался арманец, словно вовсе не почувствовал боли. И продолжил, разворачивая меня: – А умнее бить вот так, чтобы не причинить боль, а освободиться, Ева. Вот сюда, видишь? Потому что твои удары для опытного воина почти неощутимы. Или скрести руки, вот так, резко опустись и вывернись. Бить, как ты это делаешь, бесполезно.
– Вы что, каменные? – застонала я. Даже у меня рука заболела, а ему хоть бы что!
– Арманцев учат терпеть боль, – спокойно пояснил он. – Попробуй еще раз. Давай.
Снова моментальное движение, и я прижата к твердому телу. Попыталась сделать то, что он показал, скрестила руки, одновременно резко приседая и выворачиваясь. Отпрыгнула и довольно посмотрела на арманца.
– Неплохо, – кивнул он.
– Только вряд ли поможет, если в руках нападающего будет клинок, – протянула я и покосилась на Линтара. Конечно, я не намекала, просто так говорила… Он хмыкнул и вытащил из плечевых ножен узкий кинжал, подбросил на ладони.
– В этом случае тоже есть возможность освободиться, – протянул он и приподнял бровь. – Научить?
– Научи, – азартно выдохнула я. Сделала шаг к нему, ожидая уже привычного броска. Арманец снова подкинул кинжал, и я безотчетно перевела на него взгляд, и в тот же миг Линтар переместился, дернул меня и, схватив падающий клинок, прижал к моему горлу.
– Ты меня обманул! – возмутилась я.
– Конечно, – он прижал меня сильнее. – И это самое главное правило, Ева. Если хочешь выжить, забудь о правилах. Обмани, вывернись, ударь в самое уязвимое место, и тогда сможешь победить.
Я стояла, боясь дышать и чувствуя на шее холод стали. На миг даже мелькнула безумная мысль, что арманец все это время играл и сейчас просто убьет меня… Он разжал руки, развернул меня, заглядывая в глаза.
– Испугалась?
Я хлюпнула носом, мои глаза увлажнились, а губы задрожали.
– Ева! Ты что, плачешь? – подозрительно спросил он.
Я мотнула головой, опустила взгляд и попыталась отвернуться.
– Ева! Вот же дерь…
Протяжный жалостливый вздох, потом я чуть отклонилась назад, а когда он потянулся ко мне, одним движением выхватила кинжал из его поясных ножен и уткнула кончик в его грудь.