Грустно прощаться с детскими иллюзиями, но однажды смиряться приходится. Я не
безупречная, Шон Картер во мне не заинтересован и никогда не заинтересуется, а, значит,
найдется еще немало мужчин, которые посчитают меня, с моими розовыми ноготками, белыми
волосами и простенькими цепочками недостойной, но однажды я стану Бабочкой, выйду замуж
и буду все уметь и успевать. Может, не скоро, но обязательно. А пока можно надираться в баре
с мужчинами, которые не представляют для меня опасности, которым я по-своему нравлюсь, в
платье, которое настолько на грани приличий, что люди оборачиваются. А Пани… а что Пани?
Ну что с ней тягаться? Она — не мой уровень. У меня нет россыпей бриллиантом, да я и не
согласна, как она, брать подачки от мужчин, с которыми вожу шашни. В моем мире царят
морские брызги, серфинг и ровненький загар. Вот она я. Королева лайма и текилы. А та девица
из дома Такаши Мияки, притворно умоляющая об аспирине — совсем не Джоанна Конелл!
Пора с этим всем завязывать.
Я доехала до отеля к часу ночи. Пьяная. Настроение было на редкость хорошим.
Неприкрытое восхищение мужчин действует на меня как… как полироль на паркетный пол.
Дурацкое сравнение, но и я не трезва! Хихикнув, открыла дверь в номер Картера (пять звезд —
два ключа. Удобно!). Знала, что если услышу стоны Пани — за волосы выволоку! Неприятная
правда о Джоанне Конелл — когда ей плохо, она зависает в баре в сомнительных мужских
компаниях, пьет и чувствует себя от этой смеси намного лучше. Почти всемогущей.
Но нет, воевать оказалось не с кем. Картер просто сидел перед ноутбуком. Моим.
Взломанным и со всех сторон изученным.
— Ч-что-то нашел? — спросила я, покачнувшись, пока он не начал атаковать первым.
— Ты еще вчера искала рейсы на Сидней. Удивительно, что вообще не в день прилета! —
ледяным тоном произнес он. — Какого хрена, Конелл? Я уже было собирался за тобой в
аэропорт кого-нибудь отправить!
— Я не собиралась улетать. Я пи-ла, — доверительно сообщила я очевидное. Спотыкаясь о
собственную юбку, я попыталась выбраться из туфель, но повалилась на столик в прихожей и
решила: хрен с туфлями. И в них неплохо. — А моральная готовность от тебя свалить никогда
не помешает! — и гордо отбросила волосы, будто мое феерическое сшибание мебели было
спланировано.
— Моральная?!
— Моральная-преморальная, — пьяно хихикнула я, а он только поморщился. — Ну, исходя
из нашего опыта это так: сначала ты что-то для меня делаешь, а потом должен устроить