Казачество в Великой Смуте (Широкорад) - страница 189

.

Заодно оные послы завезли и гостинец на Дон.

В ноябре 1613 г. с Дона в Москву отправилась станица казаков во главе с атаманом Бедрищевым. Посланцы Дона благодарили царя за милостивое к ним отношение, уверяли в готовности жертвовать за него жизнью и просили о присылке им жалованья — хлеба, пороха, свинцу, селитры и др. Михаил вручил атаману похвальную грамоту к Войску Донскому и знамя за боевые заслуги.

В своей грамоте от 18 марта 1614 г. Михаил писал: «От царя и великою князя Михаила Феодоровича всея Руси на Дон, в нижние и верхние юрты, атаманом и казаком, Смаге Степанову (Чершенскому), Епихе Родилову и всем атаманом и казаком Донским, низовым и верховым».

Любопытно, что слово «самодержец» во всех царских грамотах на Дон не встречается вплоть до 1657 г. Замечу, что это совсем не мелочь. Так, в царских грамотах к ногайским князьям вначале ставились слова «Божию милостию, от великаго государя, царя и великаго князя Михаила Феодоровича всея Руссии самодержца и многих государств государя и обладателя, наше царское повеленье и милостивое слово…». А в грамотах на Дон подобные выражения цари не употребляли, считая казаков народом не подвластным, а союзным.

В августе 1615 г. из Москвы в Константинополь отправились новые послы — дворянин Петр Мансуров и дьяк Самсонов, чтобы уговорить султана велеть крымскому хану идти на Литву, потому что польский король, узнав о переговорах между царем и султаном, постоянно ссылается с цесарем, папой, шведским королем и другими правителями, «замышляя всякое лихо» на Россию и Турцию. Также в задачу послов входило нажаловаться султану на набеги азовцев на русские украйны.

Между тем донцы, несмотря на все увещевания Москвы, не вникали в большую стратегию бояр и продолжали промышлять в турецких владениях под Азовом.

Когда русские послы проплывали Азов, местный паша заявил им: «Добро бы было вам донских казаков с азовцами[119] помирить, казаки азовцам теперь чинят тесноту и вред большой, становятся они нам хуже жидов, а если вы казаков с азовцами не помирите. То мы всем городом отпишем султану, и вам к нему приехать не к чести»[120].

А пока послы пререкались с пашой в Азове, туда турки привезли с Мертвого Донца (правый рукав дельты Дона) пойманного на разбое атамана Матвея Лисишникова и двадцать казаков. Турецкий паша, не имея полномочий наказать послов, приказал отвести атамана на морской корабль, который должен был отвезти послов в Стамбул, и там его пытать самым страшным способом. В числе прочего у Матвея Лисишникова вырезали ремни из кожи на спине, а затем повесили на мачте. На пытке казаки показали, что царь прислал к ним с Мансуровым на Дон жалованье, деньги, сукна, хлебные и воинские запасы.