Я посмотрел на своих друзей. Петр продолжал есть как ни в чем не бывало. Стас, глядя на парней из-под прищуренных век, потягивал пиво. Потом поставил стакан на стол. Петр прекратил есть и откинулся на спинку стула. Стул жалобно скрипнул.
Стас внимательно осмотрел стол, затем медленно взялся руками за края и спокойно, без видимого напряжения приподнял его. Удерживая столик на вытянутых руках, он осмотрел его снизу.
Ни один из стоявших на столе предметов не шелохнулся.
Закончив осмотр, Стас поставил его на землю и тихо произнес:
— Не вижу таблички.
Любой человек после подобного трюка усек бы, что тут ловить нечего, но эти трое дуболомов ничего не поняли.
Все посетители замерли и с интересом наблюдали за происходящим.
— Ты че, совсем тупой или прикидываешься? — теряя терпение, прорычал, судя по всему, лидер этой троицы и сделал шаг по направлению к Стасу.
— Да нет, я просто так, погулять вышел, — все так же тихо ответил тот, успев глазами дать мне понять, чтобы я не вмешивался. Я ответил ему едва заметным кивком головы.
Дальнейшие события развивались с молниеносной быстротой. Лидер, решив, наверное, что и так много сказал, неожиданно размахнувшись, опустил кулак на макушку Стаса. Точнее сказать, туда, где за миг до удара была его макушка. Сам же Стас уже стоял за стулом.
Кулак лидера наткнулся на пустоту, а его горло на ребро ладони Стаса. Схватившись руками за горло, он захрипел и, рухнув на колени, ткнулся лицом в стул, на котором только что сидел Стас.
Петр, криво ухмыляясь, продолжил трапезу.
Двое сопровождавших лидера опять ничего не поняли, и в руке одного из них оказался нож, а другого — небольшая прорезиненная дубинка. Дубинка была гибкой, но очень тяжелой — это сразу было видно.
Я подобрал ноги, готовясь в любой момент вмешаться, но Стас… Стас выкинул в мою сторону правую руку с открытой ладонью — предваряя мои действия. Я всегда поражался, как он видит все, что творится вокруг. И тут же он метнулся к державшему нож противнику и, левой рукой перехватив готовую нанести удар руку, основанием ладони правой сокрушительно ударил его в нос. Стас был значительно ниже этого парня, так что удар получился классическим — снизу вверх по диагонали.
Застыв на долю секунды на пятках с расставленными в сторону руками, громила упал сначала на пятую точку, затем откинулся на спину. Глаза его были закрыты, а из обеих ноздрей обильно текла кровь.
Третий явно не хотел получить по мозгам и, махая дубинкой, точно отмахиваясь газеткой от мух, начал медленно отступать.
Стас никому не спускал оскорблений или попыток его ударить, наносимые им удары были жестоки, но он не был кровожадным, и если противник молил о пощаде, пусть не словами, а действиями, он останавливался. Так и сейчас, заметив испуг в глазах третьего здоровяка, Стас опустил руки.