— Я вас полчаса жду на рабочем месте, а вы тут греетесь! — сказала она, входя в прорабскую.
— Я пришел без четверти восемь, — ответил хмуро Долгушин.
— Куда вы пришли, к батарее отопления?
— Ну знаете! — вспылил мастер.
— Почему чертежи тут, а не там, где в них нужда?
— Я изучаю.
— Вы доизучались! Уложили перекрытие на двадцать сантиметров выше.
— При чем тут я?
— А кто, по-вашему, при чем? Я?
— В чертежах я не хуже вашего понимаю. Прежде чем бросаться на человека, разберитесь. С проектировщика спрашивайте. Почему у него в пятом листе одна балка дана, а во втором другая?
— Где?
— Вон смотрите, — Долгушин небрежно бросил на стол кипу чертежей.
Этот жест не прошел бы даром, если бы внимание прораба не отвлек электрик Числов, влетевший в прорабскую с обиженным лицом:
— Петровна, уйми Милехина. За глотку берет. Я что, семижильный?
— Ты электроосвещение наладил? — спросила Ольга Петровна.
— Так я ж говорю, кабель давайте, — запротестовал Числов.
— Я об этом кабеле вторую неделю слышу, — ответила прораб. — Кран простаивает, а ты резину тянешь. Тебе что, объяснить твои обязанности?
— У меня кабеля нет.
— Свяжись со складом.
— Я связался. Но транспорт весь занят. Я что, на такси должен возить этот кабель?
— Где ты был позавчера, когда машина с вагонкой пошла на склад?
— У меня приступ был. Милехин знает, — не сдавался Числов. — Язвенник я. Мне в больницу ложиться надо, а я тут последние нервы трачу!
— Тебе пить бросать надо, пока тебя твоя язва не доконала.
— При чем тут пить — не пить!
— А при том, что если еще раз появишься на площадке в нетрезвом виде, церемониться не стану. Подам докладную, и ступай лечись.
— Ну чего ты заводишься, ей-богу! — и ушел.
За дверьми раздались голоса. В прорабскую вошел Милехин и водитель грузовика, привезший бетонные перемычки. Водитель требовал, чтобы его разгружали, а Милехин просил «чуть повременить» и уложить несколько перемычек сразу на дом, чтобы потом не откапывать их из-под снега, не искать среди прочего материала.
— Да мне какая разница, в снег или на дом! — заявлял водитель. — У меня время не резиновое.
— Но ты же понимаешь ситуацию! — увещевал его Милехин. — Тебя как человека просят подождать. Сейчас такелажник освободится, сделаем прикидку и положим.
— Вот так всегда, — не унимался парень. — Приедешь и стоишь как дурак. Вон вас сколько, а решать некому.
— Ладно, все! — отрезала Ольга Петровна. — Милехин, разгрузите машину.
— У меня стропольщик занят.
— Долгушин! — обратилась она к молодому человеку. — Займитесь разгрузкой, пожалуйста.
Долгушин недовольно повел плечами: