– Да вижу я… – пробурчал участковый. – Вернулась… Явилась не запылилась… Что? Не понравилось?
– Экскаватор нужен, – сказала Анна. – Составляйте акт, фотографируйте…
– Так, я разберусь сам, что делать… – Очень недовольный участковый топтался около огрызка Олиного забора. – Выходите, что ли, сюда! Неудобно так разговаривать.
– А как же мы выйдем! – засмеялась Анна. – Калитки-то нет! Добрые соседи девали куда-то…
– Так, граждане, давайте-ка не ссориться… – завел было участковый.
– Да что не ссориться, что не ссориться! – выскочила из своего двора соседка Галя, подталкивая мужа Колю, чтобы он тоже выходил. – Забор мне поломала! Заплатит! На пятнадцать суток! Давай, Михалыч, оформляй! Давай-давай, на пятнадцать суток монашку эту! Это что за монахи такие? Им что Бог, что люди – никого не уважают!
Видя, что участковый с тоской смотрит на их заборы, присев сбоку на коляску своего мотоцикла, и ничего не отвечает, соседка стала теребить его за плечо:
– Миш, что сидишь, застыл? Давай пиши, оформляй! И забирай ее на пятнадцать суток!
– Кузовлева, вы бы отошли, правда! – махнул на нее рукой участковый. – Мне тут разобраться надо…
– Послушайте… – Анна спрыгнула с лавки и подошла к остатку невысокого Олиного заборчика, чтобы оказаться поближе к участковому. – А как вообще такое могло произойти? Вы что, не видели, что соседи захватили чужой участок?
– Я? – удивился участковый. – У меня, женщина, четыре большие деревни и поселок. Как я могу это увидеть? И даже если бы видел. Мы работаем по заявлениям граждан. А никто заявления не делал.
– Ничего подобного, – покачала головой Анна. – А если я выйду вон в то поле и дом там построю? Вы тоже будете ждать заявления от граждан? Или приедете ко мне на своей коляске и заставите сломать дом?
Участковый недовольно покривился.
– Я понял. Так, Оля… Где твои бумаги?
– Сгорели все ее бумаги! – торжествующе закричала соседка. – Нету! А у меня есть!
– Есть? – прищурилась Анна. – Покажите!
– Да и покажу! Легко! – Она пнула мужа. – Неси, в коробке, там…
– У вас тоже есть документы? – Анна оглянулась на дядю Лешу, который успел сходить в дом, принести большую бутыль вина. Он налил себе в ту же металлическую чашку вина и теперь отхлебывал, утирая рукой рот.
– Есть…
– Несите!
– Где там… Вообще… Если все так будут… Забро-ошенные!.. По указу президента… Монахи… разбойники… – Дядя Леша потоптался и пошел в дом.
– Даром, что говорить не умеет, – пробормотала Анна. – Не помешало подсуетиться с землей… И забор вкопать капитальный…
– Оля, а ты как – насовсем вернулась? – Участковый с каким-то детским любопытством, то и дело ероша свои короткие светлые волосы, смотрел на Олю, которая тоже подошла и встала рядом с Анной.