Какой отсюда следует вывод? «Разведчики бывшими не бывают!». А значит, действовать надо через ОГПУ, попытавшись включить в мою игру Розенберга. В конце концов, где Лида служит? Увезти ее в Женеву без согласия заместителя председателя ОГПУ, на которого она работает, все равно не получится.
На какие рычаги и педали нажал Михаил Абрамович, чтобы выполнить мою просьбу, и почему вообще пошёл мне навстречу, – остается только догадываться. Но Лида внезапно, буквально в один день, оказалась переводчицей международного отдела ВСНХ, а трудовая книжка и личное дело неопровержимо свидетельствовали, что вся ее карьера с момента окончания Коммунистического университета, проходила в стенах этой организации. А еще через два дня она уже оформлялась в НКИД секретарем-переводчиком экономического советника постпредства СССР в Лиге Наций.
Скорее всего, у ОГПУ был в этой операции свой интерес, но, разумеется, об инструкциях, полученных от Трилиссера, Лида мне ничего не рассказывала.
Дальше решались уже чисто технические вопросы. Оформление документов на нас и на детей, получение проездных билетов, дипломатического паспорта для меня и служебного – для Лиды, страшная спешка с изготовлением официальных костюмов в ателье НКИД… НЭП, в отличие, от покинутого мною времени, пока давили далеко не столь энергично, стремительного оскудения прилавков и перехода на карточное снабжение не наблюдалось, и многие личные вещи зарубежного производства можно было купить и в госторговле, и у частников. Наши новые чемоданы (польского происхождения, из желтой кожи), быстро наполнялись.
Времена белогвардейского терроризма еще не совсем миновали, несмотря на значительные успехи ОГПУ в борьбе с боевыми белоэмигрантскими организациями. Поэтому оружие тоже ехало с нами. Патроны мы с собой не тащили (кроме двух снаряженных магазинов) – их гораздо легче было купить в Швейцарии, нежели раздобыть здесь.
Накануне отъезда, в пятницу, уже стало известно, что официальная телеграмма с обращением правительств тридцати государств, приглашающих СССР вступить в Лигу Наций, получена. В ответе ЦИК СССР никто не сомневался и наш отбытие в Женеву стало делом, окончательно решенным. В тот же день для последнего напутствия меня пригласил к себе Орджоникидзе.
– Запомни, Виктор Валентинович, – «товарищ Серго» пристально поглядел на меня своими большими, широко распахнутыми глазами. Были хорошо видны красноватые прожилки немного потемневших белков, придававших ему нездоровый вид. – Это я тебе и от себя говорю, и от имени Совнаркома. Твоя главная задача – во что бы то ни стало найти новые каналы поставки в Союз современной техники, и активизировать работу уже имеющихся.