– Может быть, больше, чем вы себе представляете. И поскольку я играю очаровательного
«спутника»... простите, мадам Вице–президент. – Я иду в сторону двери прежде, чем я
скажу что–то, за что я потом поплачусь. У меня есть на нее больше информации, чем она
себе представляет, но сейчас не время раскрывать карты. А что есть у нее? Один чертов
отчет об аресте – я опасался, что у нее есть что–нибудь страшнее. Что–то связанное с Кса
и мной.
– Что вы собираетесь делать? – Она пересекает комнату, останавливаясь в нескольких
футах от меня.
– Мне лучше пойти и найти Мисс Кеннеди, теперь, когда вы бросили эту бомбу. – Я
хватаю дверную ручку, держа ее так, б*дь, крепко, что мышцы моей руки начинают
трястись. Мои мысли крутятся. Большинство из них о Кса и о том, что творится в ее
голове. Но я не могу уйти – пока нет. Я выкидываю мысли из головы и поворачиваюсь с
решительным выражением лица к Вирджинии Райан. – Позвольте мне расставить все
точки над i. Если вы когда–нибудь сделаете что–нибудь подобное этому, я выйду из этой
гонки так быстро, что вы удивитесь, как я вообще попал в списки кандидатов партии.
Даже не пытайтесь снова повторить подобную гребанную попытку и застать меня
врасплох. Не только вы можете плести политические интриги, способные все разрушить.
Мне лучше попридержать свои. Но вы больше чем кто–либо должны это понимать, это не
значит, что их не существует.
– Я понимаю, что вы имеете в виду, – отвечает она. – Я свяжусь с Мисс Кеннеди и улажу
все, что привело к недоразумению. Я обещаю, с ней все будет хорошо. Дайте мне день, и
вы увидите все сами.
Неважно, правда это или нет, но она выглядит раскаявшейся или напуганной. Я не могу
сказать, какой именно. Я гляжу на нее, борясь с желанием сказать ей, чтоб она
отправлялась прямиком в ад.
– У вас есть один день, чтобы исправить весь этот беспорядок. – Я резко открываю дверь и
вижу двух агентов Секретной службы, которые кивают мне. Я молча прохожу мимо,
охваченный всего лишь одной целью. Найти Ксавию и попытаться объяснить весь этот
бардак.
Я спускаюсь по лестнице и вхожу в главный зал, который примыкает к коридорам, и затем
я вижу ее. Разговаривающую с агентом. Он снял очки, глядя на нее, и я говорю себе, что
мне лучше успокоится. Я не могу каждый раз сходить с ума, когда она разговаривает с
каким–то случайным парнем. Она качает головой, черты ее лица напряжены. В том, как
она себя ведет, нет ничего флиртующего. Не могу сказать того же про агента.
Она не видит меня, стоящего в стороне, а я наблюдаю за тем, как она отходит от агента и
направляется вниз по коридору. Куда она едет и почему она не снаружи? Я продолжаю,