— Будет больша-ая яичница с овощами, на всех хватит, — мечтательно протянул один из парней.
— Во-первых, это мое яйцо, и это я с вами должна делиться, а не наоборот! — грозно рявкнула я. — Во-вторых, оно не для еды, так что делиться я все-таки не буду! И в-третьих, нечего шарить по чужим шкафам!
— Для чего оно, если не для еды? — фыркнул гитарист.
Дракон внутри яйца явственно зашевелился и отвлек меня. Черная скорлупа начала трескаться, и я прикрыла трещину ладонью.
— Проект для Смолика, — буркнула я и поспешила в свою комнату. Скорлупа трескалась на ходу и, едва я заперла за собой дверь комнаты, начала осыпаться кусочками. Я села на пол, прислонившись к двери спиной. Затаив дыхание, наблюдала, как из образовавшейся дырочки вытянулась чешуйчатая мордочка. Кожа век разлепилась в стороны, и на меня уставили добрые желтые глаза. Зрачки расширялись и увеличивались, привыкая к свету, пока не стали узкими, как у кошки. Дракончик был угольно-черным, но я отчетливо видела каждую чешуйку и маленькие рожки на затылке. Благоговейно коснулась пальцем липкой мордочки, и он довольно заклокотал похоже на дельфина.
Дракон высунул лапки и старательно разломал еще часть скорлупы, выбравшись наружу. Я смела остатки яйца в сторону и держала малыша на руках. Он был маленьким, меньше взрослой кошки, но больше котенка и длиннее. На спине двумя толстыми веточками торчали наросты, из которых потом получатся крылья. Длинный хвост с тупоконечными зазубринами чуть покачивался из стороны в сторону, когда дракончик пытался найти баланс на моих руках, переступая мягкими холодными лапками. По этим зазубринам я поняла, что дракоша — мальчик, у девочек их не бывает.
Я чуть не плакала от умиления, позабыв про все на свете, и смотрела, смотрела, смотрела на это хрупкое, невинное создание, впервые постигающее мир.
В дверь постучали, возвращая меня в реальность. Дракончик повернул голову на звук и чуть наклонил ее. Я вспомнила, что драконы не так хорошо различают звуки, но замечательно чувствуют вибрации.
— Рита, ты в порядке? — спросил Тим с той стороны. — Мы не хотели тебя обидеть. Не знали, что яйцо такое важное.
Как-то он сильно беспокоится о моих чувствах. Как будто не знает, что я скорее подзатыльник в ответ дам, чем обижусь.
— В порядке, — коротко ответила я.
Тим сел с другой стороны двери.
— А что это за проект? Мне Смолик ничего не давал.
— Эээ… это так, в наказание за книжку… — неубедительно ответила я.
Дракончик выбрал прекрасное время, чтобы запищать, и я спешно понесла его на другой конец комнаты.