— Наверное, так и сделаем, — сказал Фролов. — Странные у вас птицы на заборе. Похоже, они совсем не боятся людей. Уставились на меня и не сводят глаз. Это нормально?
— Это вороны дочери, — засмеялся Егор. — Они почти ручные, но признают только ее. А вы здесь человек новый, вот им и интересно.
— Я понял, что у вас в качестве хозяйки дочь, — сказал Фролов. — Извините, если вопрос покажется нетактичным. У вас нет жены или она сейчас в отъезде?
— Она уже давно умерла от рака, — ответил Егор, — так что мы с дочерью живем вдвоем. Точнее, жили до недавнего времени. Сейчас к нам присоединился сын моих друзей. Они геологи и завербовались на три года в Алжир, а сына оставили мне. Он с этого года будет учиться в одном классе с дочерью. Зайдете в дом?
— Лучше завтра, — отказался Фролов. — Возьмите номер моего мобильного, потом позвоните, и я занесу ваш номер в книжку. А сейчас поеду. Скажите только, в деревне можно нанять прислугу? Жена у меня не слишком приучена к домашней работе, и ей будет трудно одной со всем управляться.
— Смотря как будете платить, — ответил отец. — Если не поскупитесь, то найдете кого‑нибудь из девушек. Только ей придется у вас жить. Сейчас, когда лето, еще куда ни шло, а в непогоду она к вам из деревни бегать не будет, особенно зимой. Подумайте, потом скажете.
— До свидания, — простился Фролов. — Рад знакомству.
Он уехал на своем бронированном монстре, а отец закрыл калитку и ушел в дом.
— Ну и как тебе сосед? — спросила дочь.
— Смотрела через воронов?
— И через воронов смотрела и, обострив магией слух, слушала ваш разговор. Поэтому ты громко не говори, бухает в уши.
— Сложный человек, — подумав, сказал отец. — Такая машина, как у него, должна стоить кучу денег. И никто просто так, без оснований не покупает броневик. Похоже, что он от кого‑то сбежал и здесь укрылся на время. Посмотрим завтра на его семью. Он ведет себя осторожно, а вот его домашние вряд ли будут вести себя так же. Не сердишься из‑за моей инициативы?
— Ты имеешь в виду его детей? Все нормально. С ними все равно придется знакомиться, а может быть, и учиться. Вот завтра и начнем. Если не понравятся, их будет нетрудно отвадить от нашего дома.
Поговорив с отцом, Оля посмотрела на часы и пошла в комнату Нора.
— Ты еще не устал сидеть за учебниками? — спросила она. — Уже восьмой час.
— Говори тише, — попросил он, показав рукой на уснувших на столе Машку и Уголька.
Разобрать, где чьи лапы и хвосты в этом меховом клубке можно было только из‑за черного окраса котенка.
— Да я и так говорю почти шепотом, — сказала девушка. — Плохо, что усиление звука не проходит быстро. Хоть затыкай уши берушами.