Он уставился на меня не мигая.
– Но оно существует.
– Что?!
Он мгновенно протрезвел.
– Мне не следовало говорить это.
– Может, и не следовало, но ведь ты уже сказал. А теперь выкладывай-ка лучше, что ты имел в виду, пока я не вылил пиво из кружки тебе на голову.
– Забудь, Дэн. Я оговорился.
– Нет, выкладывай!
– А вот этого я как раз и не могу. – Он огляделся вокруг. Возле нас никого не было. – Это засекречено.
– Путешествие во времени засекречено? Господи, но почему?
– Черт тя возьми, парень, ты что, никогда не работал на правительство? Будь их воля, они бы и половые сношения засекретили. И безо всякой причины – такова их политика. Но то, о чем ты спрашиваешь, засекречено, и я давал подписку. Так что отвяжись!
– Но… Брось трепаться, Чак, для меня это важно. Жутко важно.
Он упрямо молчал.
– Мне ты можешь сказать. Черт побери, да у меня самого был допуск «кью». И никогда меня допуска не лишали, хотя потом я и не работал на правительство.
– А что такое допуск «кью»?
Я пустился в объяснения. Наконец он одобрительно кивнул:
– Ты имеешь в виду форму допуска «альфа». Ты, видно, был парень не промах! Я-то заслужил только форму «бета».
– Тем более почему бы тебе не рассказать?
– Хм. Сам знаешь почему. Хотя у тебя и высокая степень допуска, нужно еще и спецразрешение.
– Черта с два! Я только и делал, что пользовался таким разрешением. – Видя, что он, скорей всего, так и не решится продолжать, я раздраженно заметил: – Не думаю, что такое вообще возможно. Похоже, тебе просто пиво в голову ударило.
Он с торжественным видом уставился на меня, а затем произнес:
– Дэнни…
– Ну?
– Тебе я расскажу. Но не забывай, что значит допуск «альфа», парень. Да, я расскажу тебе, поскольку тем самым никому не причиню вреда. Но хочу предупредить: вряд ли этим можно воспользоваться для решения твоей проблемы. Да, правильно, это путешествие во времени, но оно неприменимо на практике. И ты не сможешь им воспользоваться.
– Но почему?
– Не торопи меня, ладно? Ведь никто так до конца и не разобрался, что к чему; даже если кто-нибудь и доберется до сути – все равно это теоретически невозможно. Это не представляет никакой научной ценности, даже для исследователей; просто побочный продукт при разработке «нульграва» – потому-то оно и засекречено.
– Какого черта, «нульграв» ведь рассекретили!
– И что с того? Если б путешествию во времени нашли коммерческое применение, покров секретности сняли бы. Не перебивай.
Увы, я не внял его просьбе. Но лучше я передам его рассказ без моих замечаний.
Когда Чак учился на последнем курсе Колорадского университета – в Боулдере, – он подрабатывал лаборантом. Сначала он работал в лаборатории низких температур. Но университет заключил с Министерством обороны выгодный контракт на разработку Эдинбургской теории поля, выстроил новую физическую лабораторию в горах, далеко от города, и Чака перевели туда. Завлабом был профессор Твишел, доктор Хьюберт Твишел – тот самый, что недавно упустил Нобелевскую премию и по этому поводу сильно злобствовал.